Гости со всего мира съезжаются в полный магии Красный Лондон на Игры стихий – состязание лучших магов.Роскошные балы, изысканные наряды, сияние огней, музыка, смех – безумный вихрь, в котором не узнать, кто прячется под маской.Но возможно, за легким кокетством скрываются подлинные чувства, а за шуткой – душевная боль?Кто ты? И где твое место в одном из четырех Лондонов?
Victoria Schwab
A Gathering of Shadows
Text copyright © 2016 by Victoria Schwab
© Е. Токарева, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2018
Виктория Шваб подарила нам историю, прекрасную, как драгоценный камень… Эта книга – сокровище.
Для поколения Нила Геймана.
Магия и волшебник должны искать равновесия.
Сущность магии – хаос. Маг должен хранить покой.
Личность, что раскололась, – негодный сосуд для силы,
Без удержу и без цели прольется сила в разлом.
Дилайла Бард умела находить неприятности на свою голову.
Она всегда считала, что это лучше, чем ждать, пока они сами тебя найдут. Но сейчас, качаясь на океанских волнах в крошечном ялике на двоих, без весел и без снаряжения, если не считать связывающих ее руки веревок, она была готова пересмотреть свои взгляды.
Ночь выдалась безлунная, в морской черноте отражалось звездное небо, и только мерцающая рябь за бортом позволяла понять, где верх, где низ. Среди этих бесконечных отражений Лайле казалось, что она парит в центре вселенной.
И от этой бескрайности она чуть не расплакалась.
Но не стала. Прищурившись, всмотрелась в тусклую искорку на горизонте. Красноватый цвет выделял корабельные огни среди бесчисленных звезд. Корабль – ее корабль – медленно, но решительно исчезал вдалеке.
Паника стиснула горло, но Лайла овладела собой.
«Я Дилайла Бард, – говорила она себе, чувствуя, как веревки врезаются в кожу. – Воровка, пиратка, странница. Я побывала в трех разных мирах и осталась жива. Я проливала королевскую кровь и касалась руками магии. Я одна стою целого корабля мужчин. Мне никто не нужен.
Я – единственная в своем роде».
Приободрившись, Лайла повернулась спиной к уходящему кораблю и всмотрелась в непроглядную ночь.
«Могло быть и хуже», – рассудила она и в тот же миг почувствовала, как холодная вода просачивается в сапоги. В ялике оказалась пробоина. Не очень большая, но утешение слабое: рано или поздно лодка все равно потонет.
Лайла со стоном взглянула на веревки, крепко стянувшие кисти рук. Хорошо хоть, ублюдки оставили ей свободными ноги. Правда, делу сильно мешал этот чертов наряд – платье. Длинное, эфемерно-зеленое, с бесчисленными оборками и такой узкой талией, что дышать невозможно. Почему, бога ради, женщинам приходится так себя мучить?
Вода в ялике поднималась все выше, и Лайла заставила себя сосредоточиться. Она перевела дыхание, насколько позволял тесный наряд, и произвела осмотр своих скудных пожитков: бочонок эля (прощальный подарок), три ножа (спрятаны), несколько сигнальных факелов (получены от тех, кто отправил ее в плавание), вышеупомянутое платье (разрази его гром) и то, что она прятала под его подолом и в карманах (пригодится, если она достигнет цели).
Лайла взяла сигнальный факел – штуковину, похожую на фейерверк. Если стукнуть по твердой поверхности, взметнется фонтан окрашенного света. Не короткий сполох, а ровный луч, способный разрезать темноту, как ножом. Факелы горят примерно четверть часа, а их цвета на открытой воде складываются в особый код: желтый – корабль тонет, зеленый – на борту болезнь, белый – прочие опасности, красный – пираты.
У нее было по одному факелу разных цветов, и, перебирая пальцами, она раздумывала, какой взять. Поглядела на поднимавшуюся воду и выбрала желтый, взяла его связанными руками и стукнула о борт утлой лодчонки.
Взметнулся свет, резкий и слепящий. Он разделил мир надвое: яростная желтизна светового конуса и плотная чернота вокруг. С полминуты Лайла чертыхалась и вытирала слезы, потом наконец сумела направить факел вверх, от лица. И начала считать. Едва глаза успели привыкнуть к свету, как он задрожал, замигал и погас. Она вглядывалась в горизонт, но не видела ни одного корабля. А вода прибывала, медленно и неуклонно, и уже дошла до лодыжек. Она взяла второй факел – белый, «терплю бедствие» – стукнула им о дерево, прикрыла глаза и стала отсчитывать минуты.
– Давай, – шептала она, всматриваясь в горизонт. – Давай, давай же, давай… – Слова утонули в шипении угасающего огня.
Воцарилась тьма. Лайла скрипнула зубами.
Судя по уровню воды в лодке, оставалось всего с четверть часа – время, пока горит один факел. А потом ялик неминуемо пойдет ко дну.
У дощатого борта что-то промелькнуло. Длинное и зубастое.
