Андрей задумчиво посмотрел на Юлию Александровну, слегка улыбаясь. Он чуть сильнее сжал моё плечо, словно поддерживая, а затем ответил:
— Думаю, вы правы. Она была другой, — ответил он, взглянув на меня. — похожей на Наталью по характеру, только по-своему. Более сильной. Более зрелой.
— К тому же, Айна, вы заполнили и его вторую сторону — потребность защищать. Ту, в которой Наталья ему старательно отказывала, сохраняя независимость и строптивый нрав. К тому же…. Ее сердце было не свободно…. Вы же….
— Ладно, я поняла, — сухо перебила я, не желая больше обсуждать психологический аспект случившегося.
— В общем, все это совокупно расположили Дмитрия к вам. Что было сильно на руку Надежде. Постепенно, очень осторожно, она начала давать вам наркотические препараты, потихоньку ломая волю, подталкивала к нужным мыслям, оказывала поддержку, успокаивала, когда вам это было нужно. Ровно ту же игру она вела и с племянником.
— Однако в ее дела вмешался очень неожиданный фактор. Самый неожиданный, непредсказуемый и опасный. Андрей.
— Судя по записям, сначала она не видела в вас угрозы. Напротив, зная, что Наталья испытывает к вам чувства, считала это идеальным вариантом. Только вот вы действовали не так, как она рассчитывала. Ваш интерес к Айне она считала сразу…. После первой же вашей встречи, которая, как я понимаю…. Была не очень удачной.
Мы с Андреем переглянулись и одновременно фыркнули.
— Но вы, Андрей, судя по записям, начали чаще приезжать в село, после встречи с Айной?
Андрей покраснел и молча кивнул.
— Это село, ребята, там все, что меняет привычный уклад — становится поводом для сплетен. Отшельник, предпочитающий появляться раз в неделю, а то и реже, внезапно начинает приезжать каждый день…. Странно, не находите?
— Надежда, — продолжила она, — будучи опытной манипуляторшей, подстраивала обстоятельства так, чтобы каждый был на своём месте, но всё же не смогла просчитать чувства и симпатии. Она не ожидала, что человек, отстранившийся от мира, которого вообще не волновали дела села, внезапно увидит в приезжей девушке что-то, что его зацепит. Но… до поры до времени ее подозрения были только подозрениями. Она ведь не знала ни о вашей вылазке в лес, ни о том, что вы нашли капище. Серьезно насторожилась она только тогда, когда Андрей пришел к вам домой. Но и тогда списала это на ваши разборки, хотя уже знала о сделанном подарке. Но вот когда вы ушли к нему…. Тут ее захлестнули эмоции, она запаниковала.
— Это она отравила кошек? — тихо спросила я.
— Да. Не она лично, но по ее приказу. Это действие имело двойной смысл: первый — пригрозить ему. А второй, более глубокий, сакральный. Как я уже говорила: кошки — символ Ворсы — извечного противника Вакуля, а значит и противники села. В селе их терпели, потому как без кошек нельзя, но не любили. А у вас, Андрей, они жили как сыр в масле. Их убийство стало как бы предтечей основному обряду, маленькой жертвой для Вакуля — смерть слуг Ворсы.
— Ну а дальше, Айна, все пошло по ее плану, увы…. Последнюю неделю в вас влили столько наркотиков, что…. Это же показали и пробы веществ, взятых на капище и у вас в бане. Судя по тому, что рассказал мне Андрей Николаевич, во время самого обряда они, не желая рисковать, поили вас обоих с Хворостовым уже чистым концентратом, состав которого мы, наверное, уже никогда не узнаем.
Меня передернуло от одного только воспоминания о том, что выходило из меня после обряда. Этот сладковато-затхлый привкус я помнила слишком хорошо. Как и все остальное. Наркотики затуманили разум, ломали волю, но увы, оставили все воспоминания, даже те, о которых я бы с радостью забыла.
Андрей держал меня за руку, его пальцы были тёплыми и крепкими, словно он старался удержать меня в настоящем, не дать утонуть в этом потоке тёмных воспоминаний.
— А цветок в волосах в колодце? — спросила я, — мальчика кто-то толкнул, он сам сказал. Взбесившиеся волки….
— Я не знаю, Айна, — честно призналась антрополог. — Цветок и для Надежды был знаком, и для всех старейшин. Это не было подстроено и не было частью игры. Совпадение? — она пожала плечами. — Дети могли случайно задеть друга во время игры и он полетел вниз…. Вода…. Ну не знаю, наверное, так бывает, что она снова пробивается в колодце…. Волки… они шли на запах того вещества, что использовали в ритуале. Он их притягивал, манил…. Не знаю, Айна. Я уже говорила, совпадений в этой истории тоже хватает. Совпадений, которые сыграли роль катализатора… в конце концов, когда есть фанатичная вера — любое событие можно истолкавать как знамение.
Мы долго молчали, думая каждый о своем. Я знала, Андрей позже, в свойственной ему манере, поделиться своими мыслями. Когда четко сформулирует их. Сейчас он волновался не меньше меня, что мешало ему сконцентрироваться на речи. Пусть так, меня это совсем не раздражало.
Когда за женщиной закрылись двери, я повернулась к Андрею и обняла за шею. Что-то внутри меня этот рассказ переломил, словно заставив посмотреть на случившееся со стороны, проанализировать, понять. Почувствовать!