Во-первых, в отличие от придурков в лагере лже-стражников эти, судя по всему, заметили Берита ещё во время разведки, и успели подготовиться к атаке, и ему не удалось их прикончить без шума – шум начался практически сразу, потому что ни один выстрел Берита не достиг цели - и Аксель решил, что атака в лоб – лучшее, что можно сделать в такой ситуации. Тоже звучало разумно – всего несколько человек, плёвое дело. Вот только у них оказалось дофига заряженных арбалетов, которыми они избавили рыцаря от эскорта, а затем начался ад, и мы переходим к «во-вторых».
Во-вторых Аксель недооценил возможности магии. У придурков оказались свитки, и пока трое из них отстреливались (здесь им минус – они стреляли в темноту, будучи освещены костром – что позволило Бериту в крысу, мечом и копьем, сзади, вынести двоих арбалетчиков, разряжавших в это время арбалеты в Акселя). Однако время было упущено, и оставшиеся двое призвали тварей. Трёх каких-то гадин навроде собак, и одну большую тварюку, чем-то напоминающую мускулистую прямоходящую жабу под два человеческих роста - жаба тут же получила столь любимый Акселем удар копьём с разгона, но тут и начались проблемы – она не сдохла сразу, а нанесла ответный удар, будучи насаженной на копьё – удар Аксель принял на щит, отсюда и травмы. Последующие ему нанес конь, убитый следующим ударом жабочудища – удар просто свалил коня, придавив рыцаря. И пока Хаккет и Тэрч отмахивались от «собачек», бросавшихся на них и успевших покусать, Берит прикончил парочку призывателей в ближнем бою, а затем все трое дружно подняли раненую жаботварь на копья, и она наконец сдохла. Далее была неинтересная хуйня про то, как они вытаскивали Акселя из под убитой лошади, и обыскивали лагерь.
В целом, этот рассказ был познавателен. Хотя бы по той части, что нельзя быть готовым ко всему. И что основная часть проблем была из-за нехватки у Акселя людей и его традиционным для рыцаря выебонам типа «зацените, щас я вынесу вон ту здоровенную тварюгу с копья».
После этого последовал вопрос, где чёрт подери Херд. Я вздохнул и рассказал об Огдене.
- … Его выдало то, чтоночью я осматривал и лично перевязывал рану. Новая повязка отличалась, а кровь была свежая – а учитывая что я знал, что у врага есть заклинание меняющее внешность, я без разговоров, нанес удар.
- Убил?
- Ранил. А потом допрашивал, - я ухмыльнулся. – Можешь сходить к телегам и полюбоваться на его труп.
- Ты убил мага, - с уважением сказал Берит. – Узнал что-нибудь интересное?
Памятуя, что было в прошлый раз, когда я поделился с ними информацией – ну то есть только что описанную Беритом атаку на лагерь – в этот раз я решил придержать информацию.
- Они готовились не к вашему нападению, а на случай если заявятся храмовники. Отсюда и защита от стрел, - сказал я. – Вероятность этого была моя, но ей не пренебрегли. Огден же заявился сюда чтобы вывести из строя переправу и вернуть магичку – мощные заклинания требуют ритуала, для которого необходимо несколько магов. Ничего полезного пленные сообщить не могли в принципе, на них было наложено заклинание подчинения.
- А лагерь?
- что – лагерь? Лагерь – херня, нас хотели направить в Мшистый, если мы уцелеем, - пожал плечами я. – Там сидит третий колдун, который, я уверен, уже готов к встрече.
Это было логично – про Мшистый Кэсси… То есть Хани упоминала ещё под заклинанием, а если бы я был заклинателем, то хрена лысого не наложил бы запрет на информацию, которая была мне не выгодна.
- Не говори об этом Акселю, иначе мы поедем прямо туда.
- Вот и на хера, спрашивается, лезть прямо в осиное гнездо… - вздохнул я.
- Таков сэр Аксель, - вздохнул Берит. – Но, к его чести сказать, мы всегда побеждаем.
- Ага, и ты прикинь, сколько народа вы уже положили, - скептически сказал я. – Там, где можно было обойтись меньшей кровью.
- Таков путь, - пожал плечами Берит. – Мы следуем за рыцарями. В этот раз хоть обошлось без потерь.
- А вот если бы вы не спешили, можно было направить храмовников в лагерь и отделаться от них, - буркнул я. – Но что сделано, то сделано. Зато у нас пополнение.
- В смысле?
- Магичка. Ей не очень нравилось заклинание подчинения, так что когда я её от него освободил, она оказалась мне обязана. Возможно, расскажет что-нибудь полезное, когда отдохнёт. Пытки, знаешь ли, выматывают.
Берит с мрачным лицом кивнул.
- Кстати об этом, - немного нерешительно сказал он. – Я понимаю, они враги, но… Тебе не кажется, что это слишком жестоко?
- Пошли, - вздохнул я, поднимаясь из-за стола. – Я покажу тебе, что значит «жестоко», а заодно – что не нужно бояться магов.
… Мы вышли во двор, к телегам. Тут кстати говоря, охуел даже я – живот Огдена, довольно сильно растянувшись, лопнул - словно взорвался, полный коричневой жижи, среди которой зеленел кочан капусты; лицо мага было покрыто коричневым – будто он пытался выблевать фасоль. Над всем этим вились мухи.
- В общем, - несколько смущенно сказал я. – Как-то так выглядит жестокость.
Берит скривился и блеванул только что съеденным на землю.
