- Вот и я так же примерно думала, но… - Хани мотнула головой. – Я уже сама не знаю где мои мысли, а где чужие… Мне показалось, что это не так уж и плохо, понимаешь – меня все называли, с презрением, плоскодонкой, говоря что я «доска-два соска», а когда, ну, я изменила внешность – ты видела как на меня смотрели? Это было… приятно.
- Ты бы устала от этого очень быстро, поверь, - вздохнула Элина. – Когда на тебя смотрят как на кусок мяса – это не очень приятно.
- Зато говорят красивости, - Хани чуть покраснела. – И видят в тебе не «своего пацана», а девушку.
- Это не зависит от внешности, - сказала Элина. – Ты либо ведешь себя как девушка, либо нет.
- В гильдии невозможно вести себя как-то иначе… Не те люди… Если б не внушение Огдена я бы не вела себя так… как вела, - задумчиво сказала Хани. – Это было приятно. Аксель… он был реальноочарован мной, понимаешь? Я даже ощутила… ну ты понимаешь… - она замялась на миг, а потом вздохнула. – Из-за этого я замешкалась, и он заметил – а потом кто-то заорал… В общем, пришла в себя уже связанной, на полу. Думала, он мне нос сломал. Хорошо хоть зубы целы, хоть и шатались… Я должна была сбежать, любой ценой, и предупредить Огдена, что план провалился, но…
Я навострил уши.
- Мне было так страшно, - всхлипнула Хани. – Я думала что умру там, в луже крови… Он спрашивал – а я не могла, не могла ему ничего сказать! А он сказал, что если доживу до утра – то всё будет в порядке. Угрожал что если я солгу… А я не могла сказать правду!..
Она выронила книжку и разрыдалась. Элина присела рядом и притянув к себе, спрятала её лицо у себя в груди. Я мысленно улыбнулся, я знаю как там тепло и мягко…
- …Он дал мне обезболивающее, и я отрубилась до утра, - продолжила Хани чуть успокоившись. Слова лились из неё потоком, она словно извергала наружу пережитый ужас. - … а потом обнаружила, что не могу стоять на ногах – он превратил мои пятки в отбивную, чтобы я не могла стоять и ходить… И я не понимала, но потом поняла… Когда Огден приказал мне убить… И мои ноги подогнулись, а я не смогла нанести удар. Всё обрело смысл. Он предвидел… А потом он сделал с Огденом такое… И когда тот умер, чары спали, и я смогла сказать правду… Элина, кто он? Почему ты с ним?
Я прямо весь превратился в слух. Не то чтобы мне льстила оценка Хани, но всё же было интересно и необычно слушать чьё-то мнение о моих подвигах.
- Он… - Элина глубоко вздохнула, чуть прикрыв глаза. – Он очень сильный. С ним я чувствую себя в безопасности. Я тоже восхищаюсь сэром Акселем, он истинный рыцарь, бесстрашный, храбрый, доблестный, но… ни я, ни ты, никогда не будем для него… кем-то его круга. Он будет с нами куртуазен и обходителен, но, - она усмехнулась. – Торан
Хани содрогнулась.
- Я чувствую это, - дрожащим голосом сказала она. – Там, в разговоре с Огденом он сказал, что тот посягнул на…
- Да, есть за ним такое… - улыбнулась Элина. – Это действительно пугает, поначалу.
- Но я не могу… принадлежать!
- Это и значит – быть женщиной, - вздохнула, покачав головой, Элина. – К тому же, он разрушил чары и вернул тебе тебя. Он, а не Аксель, который только и смог, что ударить. Не всегда рыцарь в сияющих доспехах – то, что тебе на самом деле нужно.
- Я боюсь, - дрогнувшим голосом сказала Хани. – Он хочет… забрать мою невинность.
Я перестал наблюдать, спрятавшись за стеной. Девушки каким-то образом могут чувствовать, когда на них смотрят, а я уже откровенно пялился.
После паузы, Элина несколько недоуменно спросила:
- Ты сберегла себя? Но как? Разве Огден не?..
- Нет… И, вообщеникто… Знаешь, единственный способ не стать в гильдии шлюхой – это сохранить невинность. Будь я… чуть красивее, мне бы это не удалось, а так – ко мне почти не приставали, и у меня хватало силы и знаний чтобы выкрутиться.
- Знаю, - вздохнула Элина. – У меня не было ни того, ни другого.
Снова пауза. И изумленный, недоверчивый и испуганный возглас Хани:
- Ты?...
- Да, - спокойно ответила Элина. – На с сестрой заставили отрабатывать долги отца.
- Ты прикасалась ко мне, шлюха!!! – с негодованием и гневом воскликнула Хани. Раздался звук пощечины.
И на этой ноте я решил войти.
Хани сидела на кровати, а отшатнувшаяся от неё Элина прижимала к щеке ладонь.
- Ну-у… Эммм… Девочки какого хуя тут происходит? – поинтересовался я, скрестив на груди руки.
- Эта шлюха коснулась меня! – обвиняющее выкрикнула Хани, указывая на Элину. Та была готова расплакаться, синева в её глазах мерцала.
- И что? – поинтересовался я. – Ты подняла руку на
С лица Хани исчезли все краски. Ещё секунду назад гневная, она мгновенно побледнела и задрожала.
- Я… Нет, я не… Меня нельзя касаться… Гильдия… - залепетала она.
- В этой вашей Гильдии запрещается касаться оскверненных? – без любопытства констатировал я. Благодаря Заряне и пояснениям Хорса я примерно представлял себе нравы в гильдии воров.
- Да!
