Затем медленно снял их с пояса, и весь мир погрузился в тьму. Солис вновь стал слепым, как в перемену своего рождения. Он аккуратно сложил мантию и положил ее у края широкой, утопленной в полу ванны, осторожно кладя сверху скрученный пояс с ножнами. Лишь немногие во всей Церкви знали об их истинном назначении, о курсирующей по ним магике. Древнеашкахское колдовство, выгравированное на коже, поднимало вуаль с мира, который изначально был полностью скрыт от его взора.
Ступив в теплую ванну, Солис закрыл глаза и откинул голову в воду, позволив себе несколько минут просто полежать в невесомости.
Глухой, пустоголовый и слепой.
Так уж он привык, хотя Достопочтенный Отец не любил привычки – из-за них проще застать человека врасплох. Но он всегда баловал себя крошечным мигом покоя и тишины. В конце концов, это же Красная Церковь. Бастион Наи на этой земле.
Кто посмеет напасть на него здесь?
Солис поднялся и сморгнул воду с молочно-белых глаз. Почувствовал запах мыла, горящего клена в жаровне, аромат свечек. Звуки он воспринимал лучше, чем запахи, но все, что он слышал, это треск огня и призрачный хор во мраке Церкви. И хоть его глаза были почти незрячими и чувствовали лишь отсутствие света, Солис не заметил ничего странного, садясь в ванной, кроме, пожалуй, того, что в комнате было немного темнее, чем обычно.
«Темнее…»
– …
К его чести, Солис не дрогнул. Даже не удостоил тенистую волчицу взглядом. Он услышал легкие, как перышко, шаги ботинок по камню, учуял слабый запах пота среди кленового аромата и… духи Паукогубицы? Он знал, кто стоял сбоку от ванны. Наблюдая за ним темными, мрачными глазами.
– Ты.
– Я, – ответила Мия.
В животе Солиса похолодело от страха. Рука молниеносно потянулась к мантии у края ванны. Но его пальцы нащупали только ткань, а его ножны…
«Исчезли».
– Я была немного разочарована, когда узнала, – сказала Мия, и теперь ее голос звучал откуда-то издалека. – Согласись, есть что-то романтичное в образе слепого мечника. Но все это было ложью, не так ли, Солис? Полной хренью. Как и все остальное в этом гребаном месте.
От страха его внутренности заледенели. Он потянулся к мантии за спрятанным кинжалом. И без особого удивления обнаружил, что его тоже там нет. Солис поднялся в облачке пара и, обнаженный, присел у края ванны. Затем набрал побольше воздуха, чтобы закричать, и…
– Твой Десница спит, кстати говоря, – послышался голос девушки из другой части комнаты. – Если, конечно, ты думал звать на помощь.
– Звать на помощь? – процедил Солис. – Ты всегда была о себе слишком высокого мнения, девочка.
– А ты – слишком низкого. Поэтому ты позволил мне здесь обучаться? Даже зная, как сильно это может выйти тебе боком? Вы действительно думали, что я никогда не узнаю о том, что вы сделали?
Он наклонил голову и прислушался к ее шагам. Пятясь вдоль края ванны, попытался прижаться спиной к стене. Но сквозь треск щепок в жаровне послышался шорох ткани, и Солис понял, что она
«Сзади».
Мужчина кинулся в ее сторону, вытянув руки, но поймал лишь воздух.
– Достойный прыжок, Достопочтенный Отец, – сказала девушка. – Но вот прицел… Ц-ц-ц.
Она находилась справа и медленно удалялась. Он чувствовал ее. Годы во тьме до Пояса Зрения, годы, проведенные взаперти в Философском Камне, – все они вернулись потоком. Он убил сотню людей, чтобы выбраться из той дыры, будучи при этом слепым, как новорожденный щенок. В то время он не нуждался в зрении, чтобы убить их. И сейчас не нуждается.
«Но она хороша. Тихая, как смерть».
– Сплошная ложь, – прошептала Мия. – Убийства. Подношения. Услышь меня, Мать. Услышь меня, Ная. Все это полная хрень. Это место не церковь, Солис. Это бордель. Ты никогда не был священным Клинком на службе Матери Ночи. Ты шлюха.
«Пусть болтает».
– А ты ожидала большего, да? – спросил он. – Ты что, проглотила ту лапшу, которую вешали тебе на уши Друзилла с Меркурио? «Избранница Матери», в этом все дело?
Тихий шорох ботинка.
«Слева?..»
– Я говорил им, когда ты прибыла, что нам стоит просто прикончить тебя. Я предупреждал, что эта перемена настанет. Когда ты узнаешь правду, и испорченная, крикливая соплячка, которой ты на самом деле являешься, проявит себя. Ты всегда считала себя выше этого места.
– Так почему вы не убили меня?
«Снова сзади…»
– Кассий даже слышать об этом не хотел. Он звал тебя «младшей сестрой». Предполагал, что между вами есть какая-то темная связь, хотя ничего не знал о своей природе. Называл себя Черным Принцем. – Солис фыркнул. – Принцем чего?
– Почему ты так ненавидел меня, Солис? – спросила Мия. – Дело было не только в шраме, которым я тебя одарила.
И тогда он увидел. Способ заставить ее оступиться. Задержать ее, чтобы успеть сомкнуть пальцы вокруг ее шеи.
– Я никогда тебя не ненавидел. Просто знал, что все в любом случае этим закончится. Знал, что когда-нибудь ты поймешь, что это Красная Церковь схватила Дария Корвере и вручила его убийцам. Знал, что в итоге дерьмо Скаевы окажется на наших подошвах.
Солис наклонил голову и улыбнулся.
– Но ты никогда не задумывалась, Мия?
– О чем?
