Она была одержима этим человеком. Хотела узнать его как можно лучше. Хотела быть рядом с ним каждый день, каждый час, каждую минуту. Она желала владеть им. «Он будет моим!» — раздался пронзительный крик в ее голове. Гарпия. Теперь она дергала за ниточки, заставляя Гвен воплощать все ее порочные фантазии. Разве важно теперь, что Сабин совсем не такой мужчина, которого она когда-то мечтала видеть рядом с собой. Разве важно, что он предаст ее, если это принесет ему победу в войне. Что плохого в том, чтобы наслаждаться жизнью здесь и сейчас. С ним. Но если он решил пригласить ее сестер, чтобы…
Гвен знала — это демон Сомнения внушает ей эти ужасные мысли. Она узнала его напоенный ядом шепот, но уже не в силах была усмирить захлестнувший ее гнев. Сабин и Кайя… черт, нет. Никто не прикоснется к нему, даже ее сестры. Может, это глупо, но Гвен было все равно.
Сабин не раз повторял, что желает только ее. Так пусть докажет.
Она прижала Сабина к дереву, чтобы он не мог сбежать. Он принадлежал только ей. Только ей одной. И она могла делать с ним все, что пожелает. Сейчас она хотела видеть его обнаженным. Он уже снял рубашку там, на поле, теперь на нем остались лишь брюки. Она расстегнула пуговицы, затем молнию. Через несколько мгновений его джинсы превратились в лохмотья.
— Кажется, кто-то стащил мои боксеры, — пробормотал он, следя за ее взглядом.
Его возбужденный член вырвался на свободу, большой, крепкий, гордый, и Гвен задохнулась от удовольствия. Солнце заливало Сабина светом, превращая бронзу его тела в расплавленное золото. Сегодня он изрядно помучил Гвен, но она не жаловалась. В глубине души понимала, что эта тренировка нужна ей. Она не хотела, чтобы ее снова подстрелили, как рождественскую индюшку. А кроме того, просто мечтала разделаться с мучившими ее людьми. И еще ей хотелось произвести впечатление на Сабина. Он ценил силу.
— Мой, — сказала она, обхватив пальцами его член.
Гвен не узнала собственный голос. Он стал выше, и в нем появились хрипловатые нотки. На ее ладонь упала капля влаги.
Рука Гвен скользнула до самого основания его члена.
— Да, — прошептал он сквозь стиснутые зубы.
Гвен крепче сжала его. Ее зрение искажал инфракрасный спектр, она ощущала исходящее от Сабина пульсирующее тепло.
— Скажи своему демону, чтобы держал рот на замке, а не то я ему кишки вырву.
— С тех пор, как ты набросилась на меня, он молчит.
Вот и хорошо. Своими криками она, наверное, распугала всех зверей в лесу, не было слышно ни щебета, ни шороха. Они с Сабином были совершенно одни, на расстоянии около километра от тренировочного поля.
— Сорви мою одежду. Сейчас же.
Не привыкший к подчинению, Сабин медлил. Гвен отпустила его, чтобы самой заняться делом.
— Убери руки, — проворчал он.
Как только Гвен последовала его совету, он принялся стягивать с нее одежду, стараясь не нарушить контакт между ними. Наконец последние преграды пали, их разгоряченные тела соприкоснулись, и Сабин застонал.
— Какая ты красивая. — Его руки скользнули по ее спине и вдруг замерли. — Крылья?
— А что, какие-то проблемы?
Теплый воздух ласкал ее тело, соски затвердели, низ живота охватила ноющая боль. Сладкая боль, ставшая ее постоянной спутницей с той минуты, как они побывали в душе.
— Позволь взглянуть. — Он развернул ее спиной к себе и несколько мгновений молчал. Даже, кажется, не дышал. Затем коснулся губами одного из трепещущих крылышек. — Они прекрасны.
Ни один мужчина не видел ее крыльев. Она скрывала их даже от Тайсона, не позволяя им раскрыться в его присутствии. Крылья делали ее не похожей на остальных. Но под взглядом Сабина Гвен почувствовала… гордость. Дрожа, она повернулась, возвращаясь в прежнее положение.
— Ну что, начнем?
— Ты уверена, что хочешь этого, Гвендолин?
Его голос был хриплым, глубоким, опьяняющим.
— Попробуй меня остановить.
Ничто сейчас не могло удержать ее, даже протесты Сабина. Она хотела овладеть им, почувствовать его вкус, ощутить его внутри себя, сегодня, сейчас, в это самое мгновение. Да, она не в себе, но ей было плевать на это. Когда-то Сабин хотел заклеймить ее, чтобы его друзья держались от нее подальше, теперь ее очередь.
— Уверена, что это ты хочешь меня, а не твоя гарпия?
Сабин не хотел, чтобы она впоследствии пожалела о содеянном.
— Хватит болтать. Я хочу тебя, и ты будешь моим, что бы ни говорил.
— Отлично.
Мир закружился вокруг нее, шершавая кора впилась в спину. Сабин ударил ее по лодыжкам, заставляя раздвинуть ноги, быстро просунул между ними бедро, прижал к ее клитору.
— Ты подумала о последствиях? Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Заткнись, наконец.
Его член стал таким большим, что Гвен уже не могла полностью обхватить его пальцами, и он выскользнул из ее руки. Это разозлило ее.
— Вернись, — прорычала она.
— Нет.
— Сейчас же!
— Скоро, — пообещал он, нежно прикусывая мочку ее уха.
Зачем он это делает? Хочет отвлечь ее? Как бы там ни было, это сработало.
