– Клянусь, когда я говорил, что хочу зомби-апокалипсис, я не имел в виду, что
Втроем они вырвались на улицу, на морозную площадь перед торговым центром. Запахло свежестью и костром. Солнце уже село, но из-за пламени, которое вырывалось из окон горящего «Паруса», было светло как днем. Вятский рванул подальше, ища безопасное место. Прибыла полиция, за их машинами выстроились репортеры и зеваки. Гоша следовал за Вятским, ведя за руку Мариам.
Подъехали пожарные машины. Красные, новенькие, похожие на детские игрушки. Пожарные сновали вокруг, открывали дверцы сбоку и сзади, распахивали люки на крыше. К зданию потянулись желтые змеи шлангов. Рядом подтягивались все новые машины полиции.
На секунду Гоша замер. В нем проснулся маленький мальчик. Восхищение бесстрашными героями, их необычной формой, блестящими красными и синими машинками, воем сирен, которым можно было напугать кого угодно. Если бы он смотрел на все издалека, например, с верхнего этажа «Поплавка», площадь наверняка показалась бы большой и яркой инсталляцией «Лего».
Но здесь, на площади, пахло гарью, черный дым вырывался из окон, ветер разносил его над улицами, и на землю падал черный снег. Площадь окружили заградительной лентой, и это было глупо и бессмысленно, все равно что пытаться заклеить черную дыру изолентой.
Полицейские выглядели растерянными. Они едва могли успокоить толпу, а неудачные попытки только усиливали панику. Гоша повернулся к Вятскому:
– Где твой папа? Нам бы не помешала помощь.
Тот стал всматриваться в толпу полицейских. Издал короткий смешок.
– Благодари судьбу, что его нет. Вон, – кивнул Вятский, – подполковник Волков. Иди к нему и попробуй объяснить, что происходит.
– Может, лучше ты? Меня он вряд ли станет слушать.
– Меня тем более, – заверил Вятский, – он недолюбливает нашу семейку, – он повернулся к Мариам: – Твой дом далеко?
Она покачала головой.
– Минут пятнадцать ходу.
– Значит, за пять добежим, – он огляделся. – Вот дерьмо! Думаю, глупо заказывать такси. Бежим, – он схватил ее за руку и потянул, – прослежу, чтобы с тобой ничего не случилось.
Мариам дернулась.
– Я незаметная, – напомнила она, – я справлюсь. Лучше помоги Гоше.
Вятский потянулся свободной рукой к карману, но остановился и встряхнул головой.
– Я не останусь. Если останусь, пойду помогать, и ничем хорошим это не закончится, – он кивнул на «Поплавок», встретился с Мариам взглядом, и та скомандовала:
– Бежим!
Гоша пробирался сквозь толпу, стараясь ничего не слышать о жертвах, не видеть жертв и не говорить о них. Принцип «Трех обезьян» – полезная штука. Из-за дыма было плохо видно. От здания шел жар. Отыскать подполковника Волкова в толпе удалось с трудом. Но Гоша узнал его. Видел всего раз в торговом центре, но сразу узнал и рванул к нему, как к родному.
– Послушайте, – он вцепился в его куртку, – я знаю, что происходит.
Подполковник был явно озадачен. Гоша понял, что только что прорвался к большому начальнику, не встретив сопротивления. Дела, видимо, и правда плохи.
– Для начала отпусти руку, – сказал подполковник. И когда Гоша отошел на шаг, произнес: – А теперь, будь любезен, расскажи, что тут творится.
Гоша на секунду задумался.
– Наркотики, – начал он с главного, – какие-то новые. Странные. Превращают людей в агрессивных злобных зомби.
Подполковник стянул шапку и растер вспотевший лоб.
– Ох, говорила мне дочь, что этот день однажды настанет. Что за наркотики? – спросил он устало. – Как это произошло?
– Лучше подумайте, как это остановить! – парировал Гоша.
Подполковник пристально на него посмотрел.
– Я тебя знаю, – произнес он, – ты был тогда с этой девчонкой. Сорокиной.
– Сорокин – это я, – Гоша ткнул в себя пальцем, – вы, наверное, про Макарову.
Он не заметил, как изменился взгляд Волкова, и торопливо продолжил:
– Мы уже с таким сталкивались. Не то чтобы мы употребляли, – торопливо пояснил Гоша, – наши знакомые… вернее, они нам не совсем знакомые. То есть мы их вообще не знаем…
Подполковник схватил его за рукав и отвел в сторону.
– Ближе к делу! – рявкнул он. – Потом будешь оправдываться. Как это остановить?
– Их нужно напугать! Страх!
– Что?
– Напугать! Страх! – Гоша резко выкинул руки, делая пугающий жест. – Шок, «бу», паника. Перед непосредственной угрозой смерти они приходят в норму.
Подполковник приподнял бровь.
– Ты уверен?
– Ну, более-менее, – признал Гоша, – раньше это срабатывало.
Несколько секунд подполковник Волков смотрел на него с сомнением… Потом махнул рукой куда-то в сторону и пошел, расталкивая толпу. Гоша слышал только обрывки слов, которые он громко произносил на ходу.
– Майор! Майор! Передайте остальным… под мою ответственность… патроны сдать… имитировать стрельбу. Потому что я не хочу нести ответственность за смерти гражданских… пусть. Слушать!
Толпа отбросила Гошу в сторону. Он вдруг подумал: почему люди не уходят, почему не прячутся по домам? Видимо, любопытство сыграло с ними страшную шутку.
