– Ага, и что ты сделаешь? Забросаешь демона оригинальными футболками? Класс! Вы как хотите, а я предпочитаю свалить подальше от тикающей бомбы, – Ева начала собирать тетради в коробки, – удачи, ребятки. Надерите ему зад! – подзадорила Ева. – Я бы за вас поболела. Но завтра будет важный хоккейный матч, и у этих парней есть реальный шанс, так что…
Она собрала в коробку все три тетради, которые лежали на кухне, и пошла в гостиную за остальным.
– Квартиру оставляю вам, – долетел голос из зала, – берите что хотите, но тетради я увезу с собой.
Через два часа, когда стрелки часов перевалили за полночь, джип Рэнглер, забитый тетрадями, покинул город. Но запах едких Евиных сигарет еще долго витал в воздухе квартиры. Как и ее слова.
Этой ночью все спали плохо.
– Двадцать восьмое декабря, пять пятнадцать, – тихо сказал Гоша, – все должно свершиться сегодня. Здесь и сейчас. Черт, – он выдохнул и обвел «Поплавок» взглядом, – я надеялся, если сказать это вслух, станет не так жутко.
Катя смотрела на пологий берег реки, набережную, засыпанную снегом, скованную льдом Белую речку. Смотрела на перекресток Гороховой и шоссе, которое ползло по городу черной змеей, казалось, его не касались ни снег, ни беды города. По краям Гороховой сколотый лед смешивался с грязью, замусоривая решетки водостоков. Парочка бездомных сидела у красного бизнес-центра «Парус» и куталась в драные куртки. Вот уж что оставалось неизменным, несмотря на погоду, время дня и признаки апокалипсиса.
Сам «Поплавок», украшенный синими и серебряными гирляндами, в свете фонарей казался не таким отвратительным, как обычно. Молодежь со всего города тянулась в его зияющую пасть. Взрослые наоборот уходили с пакетами, зажимая в руках белые бумажные стаканчики.
Катя стянула рюкзак и погладила знакомую рукоять ножа.
– Уверены, что хотите идти со мной?
– Не беспокойся, – пожал плечами Гоша, – мы только разведаем обстановку. А как только станет по-настоящему опасно, сбежим как трусы и оставим тебя один на один со смертельно опасным врагом. Как и договаривались, – он положил руку ей на плечо, – обещаю.
Катя вдруг осознала, что все они пришли сюда вместе с ней – Гоша, Вятский и Мариам, ее друг, ее враг и человек, которого она не знала еще пару месяцев назад, чтобы рискнуть своей жизнью, помогая ей.
От этой мысли стало не по себе, и Катя поспешила отвернуться. Конечно, угроза ее жизни делала ее сентиментальной. Но сейчас, чувствуя поддержку близких, Катя думала: если в этом проклятом городке хотя бы треть, хотя бы тридцатая часть людей – такие же, как ее друзья, она будет сражаться за них до последнего.
Она пошла вперед, не оборачиваясь, чувствуя, что все идут за ней. Если и был день, когда пора стать взрослой, то это было именно сегодня.
– Как будем действовать? – спросил за спиной Вятский. – Вот мы, четверо бравых ребят, врываемся на вечеринку, а потом что?
Хороший вопрос.
– Действуем по ситуации, – Катя двинулась к главному входу в «Поплавок», – главное, будьте осторожны. Мы не знаем, что нас может поджидать за дверью.
Гоша откашлялся.
– А Бьянка, раздающая бесплатные напитки, может считаться злом? – спросил он, указывая вперед.
Они остановились. Бьянка, в неизменных очках и коротеньком платье, широко улыбалась и крутилась, демонстрируя всем свой наряд. Рядом с ней парнишка разливал коктейль в бумажные стаканчики и подавал гостям. Наверху стойка была украшена шариками, а внизу пестрела яркая надпись: «Новогоднее угощение! БЕСПЛАТНО!»
Толпа толкала их со всех сторон, а Катя, Вятский, Гоша и Мариам, застыв от изумления, лишь молча наблюдали за этим безумием.
– Мы уже умерли и попали в ад, да? – спросила Катя.
Первым очнулся Вятский.
– У нее должен быть пистолет, – он рванул сквозь толпу так быстро, что остальные едва успевали за ним. Бьянка даже не заметила, как он подскочил и заломил ей руки.
– Какого черта ты здесь делаешь?
Бьянка начала вырываться, но подоспела Катя, достала кинжал и ткнула ей в живот. Она очень надеялась, что никто этого не заметит.
– Лучше не дергайся, – грубо сказала она, – отвечай!
Рыжий парнишка, который помогал Бьянке, рванулся убегать, но Гоша схватил его за ворот рубахи.
– Не знаю, кто ты, но судя по трусости, вряд ли ты очень сильный. Правильно?
– Нет, – парнишка затряс головой, – не сильный, сэр. Я Дибедук… сэр.
– Тогда стой и не дергайся, – Гоша отвел его в сторону и похлопал по груди, – позволим большим девочкам и мальчикам во всем разобраться.
Мариам прошла за стойку, улыбнулась маме с дочкой на руках… Девочка только что получила коктейль и крепко сжимала его в ладонях.
– Извините, – сказала Мариам вежливо, – у нас прокисло молоко. Так что лучше не давать коктейль малышке, – она забрала из рук девочки стакан. Та пару секунд удивленно молчала, потом разразилась слезами.
Мама развернулась и зашагала прочь.
– Осмотри ее, – скомандовала Катя Вятскому, – надо забрать пистолет.
Бьянка цинично ухмыльнулась.
