«Тем не менее, я в первую очередь прошу прощения за то, что обманывала тебя, пока жила с тобой и Повстанцами. Мне очень сложно разобраться, что я чувствую теперь в отношении своих мотивов и поступков, а также в плане того, что из случившегося между нами ощущалось более искренним. Теперь я осознаю, что тоже по-своему жила в мире фантазий.
Я знала, что идею о нас с тобой вбил в тебя Менлим. Я знала, что из-за этого у тебя имелось довольно мифическое представление о том, кто мы друг другу. Я знала, что это не реалистично в отношении того, кто я есть на самом деле. Я не злюсь из-за этого, Ревик, правда, не злюсь. Полагаю, я уже какое-то время понимала, что у нас ничего не выйдет, как только этот миф стал меньше значить для тебя.
Я не знаю, понимаешь ли ты (и есть ли тебе вообще до этого дело), почему мне нужно было это сделать, вытащить тебя оттуда. Но я хочу, чтобы ты знал: я никогда не намеревалась навеки лишать тебя свободы воли. Я хотела дать тебе возможность увидеть Дренгов и Салинса в более объективном свете, не нуждаясь в них из-за того, что Менлим сделал с тобой, когда ты был ребёнком.
Что ты выберешь сделать с этой информацией, зависит целиком и полностью от тебя.
Я не собираюсь вновь преследовать тебя или посылать кого-то, чтобы остановить тебя, если ты решишь продолжить дело с Салинсом или кем-то другим. С моей стороны это не сентиментальность и не чувство вины. Дело вот в чём: я знаю, что ты можешь сделать очень много хорошего в этой роли, Ревик. Всё сводилось не столько к тому, „что“, сколько к тому, „как“. Хотя, может быть, я сама до последнего не совсем понимала это.
Но я никогда не ставила под сомнение твои мотивы, Ревик. Правда, не ставила. Я знала, за что ты сражался. Я просто не уверена, что Дренги действительно помогут тебе достичь тех целей, к которым ты стремишься. Я знаю, что ты это понимаешь лучше меня, но я начинаю осознавать, что временами лучше сражаться и проиграть, чём выигрывать, но не на той стороне. Но я всегда уважала тебя за то, что ты сражаешься за то, что считаешь нужным. Даже если я не всегда согласна с тем, как ты это делаешь, или ради кого.
Часть меня надеялась, что после всего этого мы окажемся на одной стороне, что у нас будут одинаковые или достаточно схожие взгляды на важные вещи, и мы сможем работать вместе. Правда в том, что мне очень нравилось работать с тобой, Ревик. Ты превосходный лидер, и тебе не чуждо сострадание.
Вопреки тому, что я говорила раньше, я знаю, что это были не только Дренги. Это ты сам. Ты вдохновляешь людей. И ты их понимаешь.
Ты себе не представляешь, как силён был соблазн просто остаться там. Просто забыть обо всём и навеки быть твоей женой. Но я знала: худшее, что я могу с тобой сделать — это присоединиться к тебе в этой лжи. Это означало бы компромисс ценой нашего брака, компромисс ценой того, кто ты есть на самом деле. Секс был просто изумительным, Ревик, как и всегда с тобой — но может, даже ты однажды поймёшь, что когда мы были с Дренгами, всё ощущалось немного пустым в сравнении с тем, когда мы были только вдвоём.
Думаю, ты тоже это почувствовал. Если нет, то не знаю, пытался бы ты так усердно привязать меня к себе другими способами.
Но я всё больше и больше осознаю, что даже без Дренгов я просто не являюсь частью твоего мира. Всё, что я видела из повседневной жизни видящих, я делала как чужачка, как какой-то новичок или даже турист. Я никогда не пойму, каково это — вырасти в такой культуре, как ты. Думаю, что этот разрыв между нами слишком велик, чтобы наш брак сложился. Я также думаю, что этот разрыв слишком велик, чтобы из меня вышел хороший лидер для наших людей.
Я тоже устала притворяться, Ревик, во многом».
