Тень Белого Тигра полностью

– А вы осторожны, – заметил Император. – Верно, мне говорили, Драконы не могут лгать. Значит, вам можно верить?

– Это вам решать, ваше величество.

– Мне решать, вы правы. Сейчас, когда я сообщил вам, что не могу сдержать обещаний, данных отцом, поскольку условия их выполнения нарушены, что собирается делать Чосон?

Нагиль вскинул голову от удивления.

– Простите?

– Ну, – криво усмехнулся Император, – вы пришли сюда не только ради справедливого суда, не так ли? Чосон объят войной, и сейчас – самый пик её. Что вы хотите от меня в этом случае?

Где-то далеко в конце тронного зала незнакомого Нагилю дворца Дэкван, его Хранитель и верный друг, цедил сквозь зубы, чтобы генерал был осторожнее и не рубил с плеча. Но Нагиль слишком устал играть по чужим правилам на доске, которую он не изучил сам.

– Всё того же, – прямо ответил он. – Посильной помощи.

Император свесился со своего трона вниз, склонил голову, словно выказывал мнимую заинтересованность.

– Если я дам вам силу, о которой вы просите, вы выполните мои требования?

Нагиль выпрямился. Конечно, всё сводилось к Дракону…

– Чего вы хотите, ваше величество?

Тот смотрел прямо в глаза Нагилю и не дал отвести взгляд от своего лица, по которому растекалась, точно жидкое золото, кривая улыбка.

– Убейте секретаря Императора Ван Шоужаня. Убейте наместника Императора Ван Юцзяо. Всех, кто покушается на трон династии Мин, – убейте.

Воздух в зале холодел с каждым словом Императора. Нанимать Дракона, чтобы убить слуг своей страны, – на такое мог решиться только молодой правитель, не познавший крови. Но для генерала драконьего войска такие приказы были по силам, хоть от убийств во имя чужой власти Нагиль отказался пять лет назад.

Если это поможет Чосону и вернёт Нагиля домой – что ж…

– Хорошо, ваше величество, – произнёс Нагиль на выдохе.

– Генерал?.. – тихо охнул Дэкван.

Император воодушевлённо хлопнул в ладони и вытянулся.

– И ещё кое-что, – вспомнил он и подал знак командиру Чжаню. Тот сделал два шага к Нагилю и сидящему чуть поодаль от него Шену, вытащил меч из ножен и вдруг замахнулся на него.

Шен вздрогнул, Нагиль, обернувшись, закричал вместо него: командир Чжань рубанул сверху вниз прямо вдоль тела несчастного, и тот с хрипом упал, заливая пол кровью. Кантэ и Минхи вскрикнули, Дэкван замер, будто заледенел.

Нагиль опустил руку, которой потянулся к Шену, пальцы окунулись в растекающуюся из-под его тела лужу крови. Запахло металлом и ужасом.

– Видите ли, генерал Мун, – заговорил Император елейным голосом, совсем не меняя тона. Нагиль не оборачивался, боясь, что от гнева не сможет сидеть на месте. – Предателям Сына Неба одна дорога: в мир духов. Надеюсь, вы разделяете мои взгляды.

Хансон, Чосон, месяц усу[69] 1593 года, год Водяной Змеи

Теперь у Йонг не было мастера рядом, чтобы спросить его совета, и не было поддержки Нагиля, чтобы чувствовать себя защищённой. Ныне в стенах дворца она жила как на пороховой бочке, вечно поминаемой иноземцем во время их споров, и не знала, когда сможет освободиться от удушающего ощущения беспомощности.

Португальского торговца пряностями, которого Йонг уговорила научить Чосон строить флот и водить корабли по морю, звали Иридио. Йонг его имя игнорировала и называла на свой лад. Он просил оставить вычурные звания и титулы, хотя не возражал, когда португальцы, вызволенные из плена безымянной тюрьмы, обращались к нему «капитэ».

Всё, что Йонг знала о кораблях, всё, что выучила в своём прошлом мире, здесь оказалось… бесполезным. Иридио считал её непроходимой тупицей, высокомерной выскочкой, плюющей на основы корабельного дела, просто глупой женщиной, в конце концов. Чаще всего Йонг терпела его ворчание: она на себе познала, что в этом мире мужчины, к какому бы народу они ни принадлежали, не могли ругаться слишком долго. Рано или поздно каждый из них прозревал: на один вопрос существует несколько взглядов, и не всегда их – самый верный в конкретный момент.

«Этот идиот поймёт», – повторяла про себя Йонг, раскатывая на столе чертежи кобуксона[70] и примеряя на них те знания, что вдалбливал в её голову новый мастер. Он просил не звать его ни мастером, ни мэштреннимом, ни учителем. Ворчал и злился, ругался, что больше ни слова Йонг не скажет, пока она не научится соблюдать установленные между ними формальности.

– Гарота, чтобы построить большой флот, нужно много времени, – вздыхал Иридио. – Много древесины, железа. Много сил людей, которые, вероятно, позабыли, как держать в руках топоры. И потом… Много времени уйдёт на то, чтобы обучить этих бездарей плавать. А ты хочешь сражаться с опытными японскими пиратами!

– На самом деле мне кажется, что нам много не нужно, – возразила Йонг.

Иридио закатил глаза.

– Тогда, каральо [71], зачем ты меня в проклятом дворце держишь?