Найда узнал говорившего по голосу и отозвался немного насмешливо:
– Не надрывайся, Стецько... Это я, Найда.
– А-а-а, – протянул часовой. – Куница... Ой, братику, достанется тебе наверно сейчас, как бедному в котомку...
– С чего бы это? – слегка встревожился парень, потому что с Рыжим Стецьком они приятельствовали, и тот не стал бы пугать его ни с того, ни с сего.
– Ничего не знаю, но сзывает Дмитрий только самых сорвиголов из всей дружины. И не похоже, чтобы вы понадобились ему, для пира.
– А еще что слыхать, Стецько?
– Вот, хоть поклянусь, – перекрестился широко Рыжий. – Кроме того, что они заперлись с сотником вдвоем еще вечером, никто, ничего не ведает. А теперь ратников созывают...
– И Одарка? – не поверил Найда.
– Ха, Одарка... Этот дьяволенок в юбке, может, и выведал что-то... Но, попробуй у нее что-то выспросить...
– Да, от нее и в самом деле никогда не знаешь чего ожидать. То сама тараторит, хоть уши затыкай, то надуется, как мышь на крупу, и тогда – слова из нее не вытащишь, – согласился Найда и двинулся во двор.
– Приказано идти в трапезную! – крикнул ему вслед Стецько.
– А ты говорил, что не знаешь, чего зовут, – улыбнулся Найда. – А похоже, воеводе и в самом деле, грустно без меня мед пить.
– Тьфу на тебя! – сплюнул в сердцах Стецько и прибавил, обращаясь к своему товарищу по страже. – Его, вероятно, черти в аду на вертеле над огнем будут крутить, а он будет говорить, чтоб не спешили переворачивать, а то корочка еще не хрустит...
Размышляя над тем, что появление Дмитрия может помешать ему отправиться с Юхимом на поиски Руженки, Найда вошел в боковое крыло замка и стал медленно подниматься лестницей на второй ярус. Но только лишь он поставил ногу на ступеньку, как из левой галереи выскочила сломя голову служанка, и столкнувшись с ним, едва с ног не сбила.
– Ей, опомнись! – воскликнул он в сердцах, хватая девушку за плечи, чтобы не упасть самому и удержать ее. – Куда прешь, будто ослепла? Горит где-то или мышь за пазуху упала?
– Куда нужно туда и тороплюсь, – буркнула та. – Тебе что?
– О, – удивился Найда. Потому что, узнал по голосу, что держит в своих объятиях именно дочку ключницы, Одарку. – Про волка вспомнишь, а он – тут как тут...
– С кем же ты, вояка, посреди ночи обо мне балакал? – засмеялась, пристальнее присматриваясь. – И вообще, ты кто? Что-то не признаю...
– Тьфу, на тебя, Одарко. Это же я, Найда...
– Найда? – переспросила девушка и сразу же всхлипнула. – А говорили, что ты разум потерял... За Руженкой побиваясь.
Найда промолчал.
Девушка снова всхлипнула. И парень поневоле провел рукой по ее волосам.
– Не надо... Как-то будет...
Растревоженный девичьим сочувствием и слезами, парень неожиданно и сам ощутил какую-то неуверенность. Ведь, все эти небылицы были очень интересными и поучительными, но он же собственными руками опускал гроб с телом Руженки в землю в стороне от кладбища. (Подозревая жену Юхима в самоубийстве все священники наотрез отказались погребать ее по христианскому обряду). И еще вспомнил Найда, как однажды, где-то перед Зелеными праздниками, он встретил ее случайно одну, близ запруды, на которую женщины сходилась стирать. Руженка тогда протянула к нему руки и сказала умоляюще: «Найдочко, милый, дорогой, я так больше не выдержу!» Но, когда он хотел приступить ближе, испуганно отшатнулась и сломя голову кинулась наутек. Что же касается рассказов Юхима и обещаний Митрия, то все они, пока, остаются лишь словами... Кто знает, где она, та Морена, со всем своим замком? Да и существуют ли вообще?.
– Слушай, Одарка, – попробовал прогнать от себя смурые мысли Найда и отвлечься. – Ты случайно не знаешь, чего Дмитрий нас созывает? – спросил не особенно рассчитывая получить ответ.
Но та неожиданно ответила тихо:
– В полночь носила воеводе и Афанасьевичу трапезу и поняла, что они очень обеспокоены... А еще слышала... краем уха... – прибавила она, немного помолчав и как будто колеблясь, – …как Дмитрий сказал: «...на такое нужно самых отчаянных сорвиголов, и в то же время – самых верных. Хотя, вероятно, даже из них не каждый согласится!». Вот как... А теперь – пусти. Некогда мне с тобой болтать. Воевода мед ожидает. И тебе не лишне поторопиться. Там уже почти все собрались…
