Сердцем города стал возвышающийся над столицей замок Королей Идира. Именно он был основой города. Когда-то давно, в первые годы существования Кинереда дитя севера Норидир нашел идеальное место, где и возвел величественный замок. Из поколения в поколение замок постоянно менялся: то вокруг него воздвигнут несколько смотровых башен, то перед центральным ходом посадят могучие дубы, то в восточном ярусе появится несколько новых комнат и так далее. Каждый наследник находил разные поводы и причины изменить что-то в замке, поэтому Нэретор получил по наследству действительно величественный замок. В нем было предусмотрено все: залы для развлечений и пиров, зал для тренировок, купальни, сады, шикарные гостевые и хозяйские спальни, просторная кухня, ванные комнаты, огромная столовая, кузница, конюшня, тюрьма, мастерская, к слову все необходимое для короля и его подданных. Старым друзьям не раз приходилось бывать и даже жить в стенах замка. И если Эйхару нравилась такая жизнь, Харедайну было не слишком уютно. Старый вояка с детства привык к свободной деревенской и даже дикой жизни, потому и попросил одного странствующего мага помочь построить и замаскировать уютную землянку. Жить в ней до конца своих дней Харедайн не собирался, ведь ему хотелось объездить весь мир перед смертью.
Быстро добравшись до ворот замка, путники встретили элитный отряд стражников, среди которых были северные эльфы и люди.
– Вот этим стражникам доверять можно, – сказал Харедайн спутнику, когда подъезжал к воротам.
– Харедайн, Эйхар, рад видеть вас в добром здравии! – вышел вперед отряда прекрасный эльф с острыми чертами лица, глазами ярко-зеленого цвета, волнистыми до плеч серебристыми волосами. Одет он был в пластинчатый доспех из белого серебра – благородного металла, одного из крепчайших в Кинереде. Шлема на голове у него не было. Он изящно поклонился каждому из них.
– Приветствую тебя, Хаэлеин, – сказал Эйхар. – Король Нэретор не злится, что мы так долго добирались?
– Ни капли. Его верный орел видел, откуда вы начали свой путь.
– Тогда не будем заставлять его ждать и дальше. Еще увидимся, Хаэлеин, – сказал без всяких эмоций Харедайн эльфу.
– Само собой, – улыбнувшись обоим, сказал Хаэлеин.
Путники поскакали дальше, пройдя через ворота замка. В пути Эйхар захотел поинтересоваться у друга кое о чем:
– Тебе бы стоило забыть былое, дружище. Хаэлеин оставил наш триумвират ради служения королю, это заслуживает уважения.
– Я не в обиде на него, хоть и тяжко в свое время было терять друга. Наш поход к морозному дракону сплотил нас, тогда вы оба были моими единственными друзьями и братьями по оружию. Да и сейчас, в общем-то, ты единственный, кого я не просто могу назвать другом, но братом, – признался воин волшебнику.
– Я разделяю твои чувства, дружище, хоть мы и мыслим порой совершенно разно. Обещаю тебе сберечь нашу братскую дружбу и не повторить судьбу Хаэлеина! – торжественно произнес волшебник. Харедайна это тронуло, и Эйхар по-братски потрепал друга по плечу.
Недалеко от ворот крепости их встретил юноша лет семнадцати. Он вежливо предложил им оставить лошадей в конюшне двухэтажного здания, что стояло позади него. Эйхар согласился, и вместе с Харедайном они отдали коней юноше, а сами прошли дальше вглубь двора. Перед парадным входом в замок гости оказались в небольшом саду с фонтаном посередине, живыми изгородями и металлическими скамейками, где можно было посидеть и отдохнуть от суеты городской под звуки живой природы. Позади замка находился еще один сад в несколько раз больше. Нэретор часто называл его внутренним двориком размышлений.
– Не понимаю, как королю может быть уютно жить в столь огромном замке?! Я бы давно променял такую крепость на простой двухэтажный домик где-нибудь в глухих лесах Идира, – задался вопросом Харедайн. – Представь только, сколько хлопот он доставляет хозяину и его слугам.
– В крепости живут более пяти сотен людей. Я смело могу сказать, что замок – самый настоящий город внутри города… А вот, кстати, и сам король, – вдруг сменил тему Эйхар. Двери в замок открылись, и перед гостями предстал большой холл, где принимают всех прибывших.
Холл был обустроен довольно скромно: в дальнем конце холла на стене висел гобелен Идира, на котором был изображен морозный волк и каменный медведь – символы королевства. На боковых стенах холла висело по четыре факела, а под ними стояли статуи воинов в доспехах разных эпох. Под гобеленом был проход в зал короля, где он восседал на каменном троне. Собственно, оттуда навстречу гостям вышел мужчина того же роста, что и Эйхар, с карими глазами, приятной и благородной внешности, длинными русыми волосами и короткой бородой. На нем был легкий синий плащ, а под ним скрывались железные доспехи с нанесенной на них гравировкой. Из мантии торчала рукоять Хладного меча – того самого, которым отрубили Деадримму голову. Нэретор всегда носил его с собой, ибо это была самая важная реликвия, что передал ему дражайший отец перед смертью.
