Ничего, пусть привыкают, я буду бороться за свою жизнь изо всех сил. Если они надеялись казнить меня сегодня на закате и разойтись, то их ждет сюрприз.
– Итак, ваши доказательства, – кивнула я обвинителю. – Я готова их выслушать.
– Ты была с Великим Драконом, когда он умер, – ткнул тот в меня пальцем.
Наверное, обвинителю этот аргумент казался веским. Я же выдохнула с облегчением. Если он не сказал о браслете, значит, его не нашли.
Я покосилась на Агэлара. Только он мог его уничтожить. Отлично, хоть что-то не пришлось делать самой.
– Это правда, я была рядом, – признала я. – Фейсал Драгон как раз собирался лишить меня невинности и забрать свою душу назад. Перед этим он выпил укрепляющее зелье. Без него мой муж даже на ногах стоять не мог, не говоря уж об исполнении супружеского долга.
В зале раздались сдавленные смешки. Все знали, насколько немощен был Великий Дракон. Тут и доказывать ничего не надо. К тому же флакон от зелья остался в спальне. Вот его наверняка обнаружили.
– Зелье придало мужу сил, – продолжила я, – и он приступил к делу. Но в процессе ему стало плохо. Должно быть, не выдержало сердце. Он был слишком стар для подобных утех. И вот результат – мой муж умер, едва прикоснувшись ко мне. Не самая достойная смерть, но я надеюсь, что его последние мгновения были счастливыми.
На этот раз в зрительном зале послышался хохот. Лорды-судьи хмуро взирали со своего возвышения, но даже их осуждение не остановило приступ веселья.
Я же стояла в позе бедной сиротки, сохраняя скорбное выражение лица. Мое амплуа на сегодня – несчастная вдова.
– Если Великому Дракону стало плохо, почему прислужник не спас его? – недобро сощурившись, спросил обвинитель.
Я покосилась на беса. Спасение жизни Фейсала тоже входило в его обязанности? Надо же, какой полезный слуга.
– В тот момент его не было в спальне, – ответила я.
– Где же он был? – уточнил обвинитель.
– В коридоре. Великий Дракон лично приказал ему выйти. В такой интимный момент мы хотели остаться вдвоем.
Необдуманно поступил муженек, но тем лучше для меня.
– Это правда? – Обвинитель повернулся к прислужнику. – Ты подтверждаешь слова этой женщины?
Я тоже уставилась на прислужника. От его ответа зависело слишком многое. Я молилась про себя, чтобы он в самом деле оказался немым. Так будет лучше для нас обоих. Но вопреки ожиданиям бес заговорил.
– Все так и было, – коротко кивнул он.
Я впервые слышала его голос. Значит, бес не немой, а просто неразговорчивый. Мог бы и ответить мне ночью! Я чуть с ума не сошла, гадая, на моей он стороне или нет.
Что ж, ему хватило ума не противоречить моим словам. Это меня приободрило. У нас есть шанс спастись.
Пока обвинитель не засыпал беса вопросами, я перетянула внимание на себя.
– Вы осмотрели тело моего почившего супруга? – поинтересовалась я. – Нашли на нем следы насильственной смерти?
– Чего? – захлопал ресницами обвинитель.
– Следы убийства. – Я закатила глаза. До чего непонятливый! – Рану от кинжала, например.
– Нет, ничего такого на его теле не было, – вынужденно признал обвинитель.
– Ну вот, – всплеснула я руками, – что и требовалось доказать – Великий Дракон умер от старости. Пришло его время. Нельзя вечно обманывать смерть. Будем честны, он и так прожил дольше положенного.
Меня слушали, открыв рты. В какой-то момент я поймала на себе взгляд Агэлара. Его лицо по-прежнему было бесстрастно, но в глазах плясали веселые чертенята. Моя речь произвела на него эффект.
Хороший юрист оправдает даже собаку, укусившую человека, заставив всех поверить, что человек сам ее спровоцировал. Может, я еще и не дипломированный юрист, но училась на отлично.
Вот только обвинитель не желал так легко сдаваться. Он привык побеждать.
– Твои увертки не помогут, женщина, – возмущенно сопел он. – Ты виновна. Признай это!
Обреченно вздохнув, я использовала свой последний козырь:
– То есть вы настаиваете, будто Великий Дракон был настолько немощен, что с ним справилась хрупкая женщина?
Обвинитель побледнел, а вместе с ним и все лорды-судьи. Сказать такое – оскорбить Фейсала. А это даже после его смерти сделать страшно. Все же он здорово их выдрессировал.
Я нарочно поставила вопрос таким образом. Признав меня убийцей, лордам придется одновременно признать, что их Великий Дракон был слабаком. Кто из них решится на подобное? Я заглянула в лицо каждому из двадцати и увидела, что таких дураков нет.
Зрители снова заговорили, и зал наполнился гулом. Ситуация вышла из-под контроля. В таком формате суд продолжаться не мог, всем нужно было время переварить информацию.
И тут с кресла встал Агэлар. После смерти Фейсала он был старшим в роду Драгонов, а значит, и главным на суде.
– Мы услышали достаточно, – заявил он. – Лорды удаляются для совещания.
Вслед за ним поднялись все судьи. Один за другим они покинули зал, и потянулось ожидание.
Это был самый быстрый суд на моей памяти. Никакого опроса свидетелей, разбора улик и заключительных речей обвинителя с защитником. Одним словом, все не так, как в моем мире. Здесь, в Алькасаре, с обвиняемыми не церемонились.
