Она повела меня от набережной к променаду, окаймлявшему расположенное неподалеку высотное здание авиакомпании «Эйр Индия». Офисы уже закрылись, но в вестибюле на первом этаже горели тусклые ночные лампы, позволяя разглядеть конторки и дверные проемы в глубине помещения.
Обойдя здание, мы остановились перед запертой стеклянной дверью служебного входа. Лиза знаком велела мне подождать и нервно оглянулась на небольшой отрезок улицы, видимый с этой позиции. Там было безлюдно.
— Ну и что мы тут...
— Мы тут ждем, — оборвала она меня.
— Кого ждем?
— Да вот его.
Внутри здания замелькал луч света, и к стеклянной двери приблизился охранник с фонарем. Он открыл замок одним из ключей на увесистой связке, распахнул дверь, жестом призвав нас поторопиться, после чего вновь запер вход.
— Сюда, — сказал он. — Идите за мной.
Мы прошли несколько коридоров и помещений с рядами пустых столов и добрались до грузового лифта в дальнем конце здания.
— Этот лифт не отключают на ночь, — сообщил он с довольной улыбкой. — После остановки на самом верху еще два этажа по лестнице — и вы на крыше. А теперь мой бонус, будьте добры.
Лиза передала ему пачку банкнот. Охранник откозырял нам и, нажав кнопку на панели, пригласил войти в открывшийся лифт.
— Значит, мы будем грабить «Эйр Индию», — сказал я в процессе подъема. — А всего десять минут назад ты тревожилась из-за поцелуя на публике.
— Вовсе я не тревожилась. И мы здесь не для ограбления. Это будет закрытая вечеринка, только для избранных.
Двери лифта отворились, и мы увидели зал архива, забитый картотечными шкафами и полками, на которых пылились ряды бесчисленных папок.
— О, так это вечеринка в кафкианском стиле! Интересно, что у них в меню.
— Быстрее! — сказала Лиза, устремляясь к лестнице. — Не то опоздаем.
Шагая через две ступеньки, она повела меня наверх и там остановилась перед железной дверью.
— Надеюсь, он оставил ее незапертой, как обещал, — сказала она шепотом и нажала ручку.
Еще пара шагов, и мы очутились на крыше здания — обширной площадке с низкими металлическими будочками по периметру.
А над нашими головами, поддерживаемая мощными стальными опорами, высилась десятиметровая светящаяся эмблема компании «Эйр Индия»: стилизованный кентавр с натянутым луком, пролетающий в прыжке через разомкнутое кольцо.
Гигантская фигура была закреплена на стальном поворотном стенде, который, в свою очередь, фиксировался многочисленными тросами и крепежными балками. Как и все бомбейцы, я сотни раз наблюдал вращение этого знака над зданием «Эйр Индии», но оказаться на крыше с ним рядом, высоко над океанским простором, — это было совсем другое дело.
— Вот это да!
— Мы успели вовремя, — сказала Лиза.
— А разве тут прекрасно не в любое время? Какой вид!
— Подожди, — сказала она, глядя вверх на эмблему с лучником. — Подожди.
Поблизости что-то зажужжало и заскрежетало — судя по звуку, запустился генератор. Начала раскручиваться турбина, глухое урчание которой постепенно сменилось утробным воем. Послышались ритмичные щелчки конденсатора — или нескольких конденсаторов, — а затем фигура над нами, пару раз мигнув, мощно вспыхнула, заливая все вокруг кроваво-красным светом. Еще через несколько секунд алый стреляющий кентавр начал вращаться вокруг своей оси.
Лиза возбужденно приплясывала, широко раскинув руки.
— Ну и как тебе это? — крикнула она. — Вот теперь в самом деле прекрасно!
Задрав головы, мы наблюдали за тем, как громадная эмблема разворачивается лицевой стороной к морю. К тому времени тучи вновь набухли и слились в одну темную массу. Отдаленные ветвистые молнии разрезали мрак, подобно ребрам небесных великанов, беспокойно ворочавшихся на облачном ложе.
— Тебе нравится? — спросила она, прижимаясь ко мне.
— Даже очень. Как ты до этого додумалась?
— Я побывала здесь пару недель назад вместе с Ришем — ты недавно встречался с ним в галерее. У него была идея сделать полноразмерную копию этого лучника для новой Бомбейской выставки. Для начала он захотел взглянуть на него вблизи и позвал меня за компанию. Когда мы поднялись сюда и все разглядели, он отказался от этого проекта. Но мне это так понравилось, что я обворожила охранника, и он за взятку пообещал пустить сюда нас двоих, тебя и меня.
— Так ты его обворожила или подкупила?
— И то и другое. Я ведь подкупающе обворожительная девушка.
С минуту мы молча смотрели на штормовое море далеко внизу. Зрелище пугало и завораживало, но внезапно — как уже не раз случалось этим днем — мне вспомнился Конкэннон.
— Послушай, ты не общалась в последнее время с высоким ирландским парнем по фамилии Конкэннон?
Она задумалась, приподнимая верхнюю губу, — мне всегда особенно нравилась эта ее гримаска.
— Должно быть, Фергюс? Его зовут Фергюс?
— Мне он известен только как Конкэннон, — сказал я. — Но ты его ни с кем не спутаешь. Рослый, длинноногий, кажется грузным, но на самом деле очень подвижный и неслабо боксирует. Светлые рыжеватые волосы, жесткий взгляд. Он говорил, что встречался с тобой на выставке.
— Да, это Фергюс, так он представился. Я общалась с ним только один раз. А что?
