— Ножками через сад пройдете, чай, не благородные господа. А мне велено за улицами следить, чтобы гвардейцы в нашу сторону не надумали свернуть. Демон их знает, что у них на уме.
— Это точно, — выдохнул Волк. Выразительным жестом велел мне выбираться из кареты, и сам спрыгнул с подножки следом за мной.
Я подняла глаза к светлеющему небу. Звезды гасли. Время, отведённое мне на выполнение заказа, таяло.
— Успеем, крошка. Мы все успеем, — ответил на мой невысказанный вопрос Волк.
В темноте с металлическим лязгом сдвинулась задвижка. Вырезанная в больших воротах дверь сама собой отворилась нам навстречу. Нас встретили двое мужчин в черных хламидах с закрытыми лицами. Я стиснула кулаки и тиши прошипела самое грязное портовое ругательство, какое знала. Старый Лис и впрямь ждал нас с новостями? Откуда такая осведомленность у всех вокруг? Мне вот интересно, хотя бы зад подтереть можно, чтобы об этом тут же не стало известно всему городу?
По мелким камешкам, которые слуги богачей рассыпали по садовым дорожкам, чтобы уберечь обувь хозяев от грязи, нужно уметь ходить так, чтобы они не сопровождали каждый шаг громким шорохом. Наши спутники будто и вовсе не касались ногами земли. Переступали совершенно бесшумно, как бесплотные тени, молчаливо следующие за нами. Я даже позавидовала. Несмотря на то, что именно я тут настоящая Тень, и при необходимости умею растворяться в воздухе, больше всего шума производили именно мои сапоги. А всё потому что пришлось надеть старые: те, что с жёсткой подметкой. Все лучшее забрала Эсстель, это уж как водится.
Особых причин соблюдать тишину у нас не было: нас ждали, любезно встретили и провожали. Однако это не мешало мне злиться, что Волк шагает тише. Скрип камешков под сапогами раздражал безмерно. Сказывалось чрезмерное нервное напряжение бесконечных суток. И ужасно хотелось есть. Даже жёсткие подошвы старых сапог уже казались неплохой закуской к хорошему вину: если дать потомиться под крышкой часок и подать с острым соусом.
Мне на нос упала капля. Я подняла голову. Лихие весенние ветра успели пригнать откуда-то рваные хмурые тучи, в которых было больше дыр, чем в моей рубашке. Непредсказуемо небо над Белым городом, правду люди говорят. Стоит ли удивляться тому, что нами правит Безумный король? У него тоже что ни час, то новое настроение. Разве что прежде мне казалось, что пролетают они столь же быстро, как шторма, но нет.
Как выяснилось, есть некие грандиозные планы, которые король вынашивает подолгу и прячет ото всех до последнего момента. И Волк о них знает. Чужак, который не прожил здесь и сезона, знает намного больше чем я, хотя выросла в тени трона. Я нахмурилась.
«Что-то тут не сходится. Не слишком ли хорошо осведомлен этот пришлый о грязных тайнах короля Акато-Риору? Про таких, как он, чужаков у нас говорят „вырос под другим небом“ и не особенно доверяют. Мало ли, что там на уме у таких людей. Как там король говорил? Волк всегда действовал в интересах Императора?» — я с подозрением наблюдала за убийцей исподлобья. Волк выглядел спокойным, хоть и вымотанным. Уголки жёсткого рта тянулись вниз. Тень, реагируя на мою злость, немедленно взбеленилась и запустила когти под рёбра: «
Я сосредоточилась на правильном дыхании. Если успокоить дух, то и мысли перестанут беспорядочно скакать. Длинный вдох, пауза, длинный выдох.
— Ты делаешь успехи, — Волк неожиданно замедлил шаг и приобнял меня за плечо. — Не совсем ещё отбитая на голову.
— Ну, спасибо, — буркнула я, мгновенно заводясь из-за того, что Волк нарушил мою концентрацию. Зеркальная гладь мыслей пошла волнами раздражения. Если это был такой план, то он удался блестяще.
— Дыши размеренней, крошка, чего ты дёргаешься опять? Всё будет, как надо. Твой король слишком долго тянул со своим планом, мы вбили достаточно кольев, чтобы его телега развалилась, не доехав. Ты, главное, держись меня, и всё будет путем.
— Что ты знаешь о его планах? Можешь нормально объяснить, без недомолвок и своих словечек?
Волк посмотрел на меня с удивлением.
— Перехвалил, что ли, опять? Ты подумай головой, а не тем, чем обычно. Гвардейцы короля окружат Академию, он врубит свою глушилку, если ещё не врубил, отключит купол и начнется кошачья охота. Куда податься жирным мышкам, если норка разрыта? Все их магические палки работать не будут. Твои соображения по этому поводу?
Я заглянула в яркие желтые глаза, пытаясь по размеру зрачка определить, не под веществами ли мой провожатый. Ведь все время был на виду, когда успел-то?
— Ты это серьезно сейчас? Кошки-мышки? Ты так это всё воспринимаешь?
— Ага, — Волк широко улыбнулся, но улыбка без «веселых морщинок» у глаз выглядела скорее хищным оскалом. Для пущего устрашающего эффекта на лицо Волка упал свет от красных фонариков, оставленных на ночь украшать террасу дома Первого советника.
