— Ну, мало ли, кто это мог быть. Подняли крик: "Оборотни, оборотни!", — пренебрежительно повел плечом королевский советник. — Ограбили небось этих бедолаг по темному времени, вещички поснимали, да и бросили в самой чаще! А медведь на них уже после наткнулся.
— А как же то, что видел преподобный? — нахмурился Морда. Он был честный христианин, несмотря на специфику своей службы. — По-твоему, врет?.. Знаешь, Ивар, без обид, но за отца Мэлдуина я ведь и врезать могу!
— Может, он не намеренно? Испуг дело такое. Случается…
— Это шавки дворовые случаются, — мрачно сказал Морда. — А Мэлдуин О`Фланнаган и вправду оборотней видел. Тех самых, которых уже в человечьем обличье Фиэл из медвежьей заначки выкопал… Ты не знаешь, что ли, чем мертвый оборотень от мертвого человека отличается?..
— Нет, — честно сказал Ивар. Оборотня он имел в наличии только одного, и пока что, слава богу, живого. — Чем же?
— Клыки, — коротко пояснил наемник. — Они остаются, если перевертыш зверем подох. А у тех двоих, что нашел Фиэл, были волчьи зубы. И собаки от них, даже мертвых уже, с воем шарахались… Ну что, веришь теперь?
Лорд МакЛайон не ответил. Само собой, уж у него-то не было никак сомнений в правдивости слов преподобного О`Фланнагана!.. Удивляло другое: ведь Творимир ясно дал понять, что священник догадался, какого "медведя" он видит перед собой!.. Так отчего же, скажите на милость, он тогда и словом не обмолвился бойцам Макорика о том, что оборотней на самом деле было трое? Бояться ведь ему уже было нечего… "Надо бы поближе с вами познакомиться, святой отец! — подумал Ивар, следом за отрядом Дэвина сворачивая в лес. — Вы, я гляжу, себе на уме… Знать бы только, как до вас добраться?.. Дернул же черт Риана О`Фланнагана разругаться с королем Домналлом, мир его праху! Хоть одной головной болью было бы меньше…"
Дэвин О`Нейлл механически скользил пальцем по серебряному ободу своей чаши. Вино в ней было нетронуто. Жаркое в миске, стоявшей тут же, давно остыло и покрылось белыми бляшками жира.
— Батюшка, — нарушила затянувшееся молчание Маделин О`Нейлл, отодвигая в сторону свою тарелку, — вы бы поели! С утра ни крошки…
— Тебя не спросил, — хмуро бросил отец. И поднял тяжелый взгляд на собравшихся за столом домочадцев:- А вы что над пустыми мисками уже час сидите? Отужинали — идите спать. Ночь на дворе.
— Но папа… — начала Маделин, однако ее перебила Дейдре:
— Не стоит, милая. У твоего батюшки был не лучший день.
— А ты чего расчирикалась, сестра? — вождь, поморщившись, отодвинул свое жаркое в сторону. — Тебя это тоже касается. Иди к себе! Не настроен я на разговоры семейные. Ясно?
— Дэвин, я же…
— Брысь отсюда, — не дослушав, приказал он. — Все трое. Еще бабских причитаний мне только не хватало сейчас!.. Живы все — и ладно… Чего глазами хлопаете?! Мне каждой пинка отвесить?! Вон отсюда, я сказал!
Перечить брату госпожа Мак Кана не решилась. Молча встала и вышла из столовой первой. За ней, тихо шурша юбками, скользнула Кара О`Нейлл — как всегда, с опущенными глазами и не проронив ни словечка. Маделин поднялась вслед за матерью, но, обернувшись на пороге, сказала обиженно:
— Злыдень вы, батюшка!.. Мы чуть сердце не надорвали, вас дожидаючись, а вы…
— Маделин! — рыкнул отец, грохнув кулаком по столу. Дочку Дэвин любил и баловал, но сейчас всё — решительно всё! — его раздражало. Девушка сердито передернула плечиками и удалилась, хлопнув дверью.
— Зря ты так, отец, — после паузы спокойно проговорил Эрик. — Мы же за вас и правда очень беспокоились.
— Ты мне нотаций не читай, — сварливо отозвался Дэвин. — Не дорос еще… Энгус, куда пошел?
— Так вы ж гневаться изволите, дядюшка, — развел руками юноша. — На всех подряд. Непонятно, причем, за что!.. Так я и подумал…
— Раньше надо было думать, — буркнул себе под нос вождь. — И не тебе, а матери твоей…
— Что, дядюшка?..
— Сядь, говорю! — приказал тот. — Мельникова дочка сегодня как-нибудь без тебя обойдется. И завтра, пожалуй, тоже.
— Дядя… — скуксился Энгус, но вождь снова треснул кулаком по дубовой столешнице:
— Тихо! Говорить буду.
Молодые люди переглянулись. Энгус пожал плечами и вернулся на свое место, рядом с Эриком. Двоюродные братья крутой нрав Дэвина знали, и лишний раз рисковать не хотелось обоим… Вождь оставил в покое чашу и поднял голову:
— Значит, вот что. С этой самой минуты за ворота — ни ногой. Без охраны и моего соизволения. Это в первую голову тебя касается, племянничек… Тихо! Будешь перечить, Энгус, — отошлю к Фицрою в поместье и погляжу, как ты с ним пререкаться будешь!..
— Да за что, дядя?!
— За дело! — рыкнул вождь О`Нейлл. — Если б не твое шило в заднице — мы бы Ласера не потеряли!.. А таких лучников…
— Отец, — вступился за кузена молчаливый Эрик, — но ведь ты же сам его вперед отослал.
— Отослал, — согласился Дэвин. — Потому как мельтешил он перед глазами, как мошкара! А шел бы в строю, как все…
— Мы бы все равно засады не избежали, — насупленно буркнул Энгус. — И, между прочим, тогда жертв могло быть больше! Так вы хотя бы маму, тетю и Маделин отослать успели. И я же еще виноват?!
