— Вот это для вашей сестрицы и вовсе занятие ненужное, — хмыкнул пират. Дождался, когда Нэрис завяжет последний узел и придирчиво оглядел свое плечо:- Глянь-ка, и тут не обманула, на совесть сделано… А вот давеча ты тут говорила, что раны штопать можешь?
— Могу, — кивнула девушка, завязывая концы узелка. — Только вас ведь уже не нужно. Монахи хорошо поработали.
— Да то не мне… — помявшись, признался Чарли. — С кэпа вон шкура клоками свисает. А святоши эти те еще лекари. Плечо-то мое — ладно, а там же лицо, все-таки. Еще нос парню к щеке прилатают!.. С их-то граблями… А у тебя пальцы тонкие, иголку в руках умеешь держать, вижу. Может, глянешь, а?
— Я и так собиралась, — сказала Нэрис. И вдруг быстро добавила:- Чарли, как вы думаете — они эту гадостную мазь к капитану Ханту еще не применяли?..
— А я почем знаю? — тряхнул головой пират и, бросив взгляд в ее встревоженное лицо, насторожился:- А что?
— Вы сами сказали — лекарство мертвечиной пахнет, — медленно проговорила леди. — И брат Августин как-то странно себя ведет…
— Травануть могут?! — приподнялся старый разбойник. Она неопределенно повела плечами:
— Не знаю. Но с мазью этой, кажется, что-то нечисто!
— Дак чего мы стоим-то тогда?! — Чарли одним движением натянул мятую рубаху и сурово нахмурил брови:- Пошли! Я Десмонда не для того от виселицы спасал, чтоб его тут какие-то цапли в рясах всяким дерьмом мазали… Чего глазами хлопаешь? Догоняй!
Он круто развернулся и побежал по выложенной камнем дорожке. Нэрис, подхватив длинные полы своего рубища, засеменила следом.
На счастье капитана Ханта, сомнительное зелье островные лекари намеревались использовать в его отношении чуть позже. Когда встрепанный Чарли и запыхавшаяся Нэрис на всех парах влетели в нужную келью, три фигуры в шерстяных одеяниях, склонившись над тюфяком, дружно качали головами.
— Я не возьмусь, — сказала высокая фигура.
— А кто возьмется?.. — вздохнула вторая — маленькая и плотная. Третья, с объемистой лысиной на макушке, только рукой махнула:
— Кожа омертвеет, вообще ничего не спасем. Где же брат Августин?.. Еще четверть часа назад должен был вернуться…
— Неужто позабыл?
— Побойся Бога, Амос!.. Как же он мог?!
— Ну, как бы оно там ни было… — начал лысеющий человек, решительно закатывая рукава одеяния, однако его прервал сердитый рык от двери:
— Кышь, стервятники!
Находящиеся в келье присели от неожиданности и шарахнулись в стороны от пыхтящего Чарли. Очень благоразумно, кстати — в мозолистом кулаке пирата весьма недвусмысленно блеснул засапожный нож. Леди МакЛайон, вбежав следом за разбойником, ойкнула, увидев узкий заточенный клинок, бросила взгляд на испуганных лекарей и сказала примирительно:
— Чарли, ну зачем же вы?.. А если бы они сейчас вашим капитаном занимались? Там ведь одного дрогнувшего пальца хватит, чтоб человека загубить!.. Ох, господи… Чарли, ну уберите ножик! Про "загубить" — это же я так, к слову, для примера!..
— Кому "для примера", — цыкнул зубом пират, — а кому и в деле пригодится… Я вам щас покажу, крысы сухопутные, как раненых добивать!.. У, враги! А еще монахами прикидываются!
— Чарли! — всплеснула руками Нэрис. "Враги", вжавшись в каменные стены, дружно застучали зубами. А самый низенький из них тихонько пискнул:
— Никем мы не прикидывались! И не монахи мы вовсе…
— А кто? — удивилась девушка.
— Послушники, — жалобно сказал высокий. Несмотря на рост, он оказался самым младшим из троицы. — Из монахов на Скеллиге только брат Августин остался…
— А остальные куда делись? — ляпнула Нэрис. Чарли насупил брови:
— Тебе какая разница, кто куда делся?.. — он перевел взгляд на снова затрясшихся послушников:- Признавайтесь, подлецы, мазью его уже мазали?!
— К-какой мазью?..
— А такой! Вонючей, как труповозка, вот какой!
— Ничем не мазали, — открестился лысый. — Мы вообще пока не начинали, брата Августина ждем. Мы ведь не лекари, у брата Эдриана на подхвате были. Боязно самим-то! Брат Августин, конечно, тоже не врачеватель, но с ним все одно как-то спокойнее…
— А он не идет, — добавил высокий юноша. — А у нас иголок маленьких нету… А большой несподручно, лицо-то!..
— У меня есть маленькие иглы, — сказала Нэрис, и, по привычке схватившись за пояс, дернула плечом:- Ах, господи, они же в кармашке на платье были! А платье какие-то паломницы забрали на просушку…
— Я сейчас принесу! — с готовностью выпалил молодой послушник. — Я мигом, госпожа!
Нэрис вопросительно посмотрела на сопящего медведем Чарли. Пират чертыхнулся и опустил нож:
— Иди, хрен с тобой. Да поживее!
Тот обрадовано кивнул и испарился. Кажется, он сейчас был готов бежать за чем угодно и куда угодно — лишь бы подальше от страшного гостя… Девушка опустилась на колени возле тела Десмонда Ханта. Наклонилась, нахмурилась и сказала отрывисто:
— Слишком темно! Одной свечи не хватит.
Старый пират повелительно шевельнул кустистой бровью — и низенький упитанный послушник со всех ног бросился за свечами… Оставшийся склонил голову:
— А что делать мне?
— Помогать, — ответила Нэрис. — Брат Августин, сдается мне, нескоро появится. Вы его тщательно осмотрели, ммм…
