«Может, мне все это снится, – подумала Анна. – Может быть, никакой это не Лиссабон, и никуда я не летела, и не было никакого человека, который принес мне паспорт и документы. И я не спрашивала его: “Зачем?”, а он не отвечал: “Ради старого друга, который очень хочет вас увидеть”. Может, я просто заснула на кольцевой линии метро, и все это мне приснилось. Потому и несуразица такая, и Леандру этот странный, и скорость, с какой я мчусь в темноту, не зная конечной точки, потому что кольца у меня нет».
Ее разбудило осторожное прикосновение к плечу.
– Приехали, – Леандру улыбался. – Ты уснула как котенок. Знаешь, когда они играют, а потом вдруг падают и засыпают. Устала, конечно. Пойдем домой.
Анна сонно захлопала глазами.
Перед ней и правда высился дом. Огромный, многоквартирный дом, как в каком-нибудь Перово или Ховрино. Ничего даже близко похожего на лиссабонские пейзажи из интернета. Просто огромный прямоугольный домина квартир на двести. И окна в доме не светились, будто он совсем пустой.
– Ну что, ласточка в гнезде?
– В гнезде-то в гнезде, но мы не знаем, в каком.
– Это как понимать? Она что, не прилетела?
– Прилетела и прошла пограничный контроль. Но до места не доехала.
– Как это, не доехала? Куда она на хрен делась из пустого аэропорта? Ее что, не встретили? Вы там совсем идиоты что ли?
– Не надо так со мной разговаривать. Мои люди вели ее до зала прилета. Там, вероятно, случилась накладка. Я разберусь.
– Уж разберись. Ты даже не представляешь, что будет, если не разберешься. Не найдешь ее раньше, чем ОНИ, нам обоим конец.
– Это что, Лиссабон? – недоверчиво спросила Анна.
Леандру отчего-то развеселился.
– А ты ожидала увидеть трамваи и кривые средневековые улицы? Это Телейраш, дорогой спальный район. Очень респектабельный. Исторический центр хорош для туристов, но не для жизни. Кто захочет ютиться в крошечных комнатушках и слышать кашель соседей?
«Но он ничем не отличается от мест, откуда я приехала, – мысленно простонала Анна. – И ты, ты тоже ничем не отличаешься от мужиков, которые населяют эти места! Ночью все кошки серы, все спальные районы одинаковы, и все мужчины нудные идиоты! Даже если у них иберийский профиль».
Леандру обогнул машину и открыл пассажирскую дверь.
– Позволь мне взять багаж.
И тут Анна испытала еще один шок: стоящий мужчина был одного роста с ней… Но она-то сидела!
«Мои метр восемьдесят, – мрачно подумала она, – этот идальго будет дышать мне в коленки. Боже, боже…»
Следуя за ним к подъезду, Анна подводила промежуточные итоги.
«Я сорвалась из закрытой Москвы в закрытый же Лиссабон к красавцу-мужчине, а в итоге получила спальное Свиблово и уменьшенную модель молодого Хосе Каррераса. Сильно уменьшенную, хотя, казалось, куда там еще уменьшать».
Свет в подъезде включился автоматически, и Анна увидела просторный холл, выложенный мрамором и украшенный фикусами и пальмами в кадках. Леандру вызвал лифт, и Анна содрогнулась, представив его рядом с собой в тесной кабине. Она невольно сгорбилась и втянула голову в плечи.
«Если захочу сравняться с ним в росте, мне придется ходить на корточках, – подумала она и тут же устыдилась своих мыслей. – Вот Васенька, например, был огромный, а толку-то».
– Я… большая, – смущенно пробубнила Анна, поймав на себе взгляд Леандру.
– Ты высокая и очень красивая, – он пристально посмотрел на нее и, вопреки всем законам геометрии, посмотрел не снизу вверх, а скорее, наоборот.
«Все дело в осанке, – поняла Анна. – В уверенных движениях, в посадке головы. В том, как он держится – естественно и свободно. Наверное, потому что рост никогда не был для него проблемой».
Стоя совсем рядом с Леандру в лифте, она украдкой вдыхала аромат его туалетной воды и пыталась найти в себе то волшебное ощущение взмывающей к сердцу горячей волны, что, в конечном итоге, и заставило ее бросить свою привычную жизнь. Но волны не было, и не было почти ничего, кроме досады на себя, что не получалось совместить в одну личность плоское изображение из скайпа и реального мужчину, в чьи волосы она, наконец, может запустить пальцы.
После недолгой возни с ключами Леандру распахнул дверь.
– Добро пожаловать. Я бы хотел сказать «добро пожаловать домой», но ты, кажется, и так считаешь, что я слишком тороплю события.
Квартира казалась огромной, и Анне понадобилось какое-то время, чтобы понять: здесь просто мало мебели. В гостиной гигантский, против всякого здравого смысла, кожаный диван, стойка с телевизором и полупустая конструкция из стекла и металла. Предполагалось, что прозрачные полки, расположенные на разных уровнях, создадут ощущение легкости и объема.
«То есть то, чего тут и без того хватает», – подумала Анна.
– Я покажу тебе комнату.
Леандру пошел вглубь квартиры, и Анна последовала за ним, отметив, что он не снял обувь.
«В южных странах, видимо, разуваться не принято. Запомним».
