Еще один отказ. Еще одного человека я должен оттолкнуть.
Но что-то во мне бунтовало. Я хотел быть нормальным, как Сатоши. Я хотел только этого.
И потому я согласился. Не знаю, кто из нас был удивлен сильнее.
За три месяца изменилось многое. Кошмары все еще преследовали меня, но я был не один. Днем с Мию я мог себя представить нормальным.
Ветер отбросил назад ее волосы и край шарфа, я потянулся к ней рукой.
Одни на крыше. Это ведь романтично?
Но это было опасно. Я ведь был отмечен. Я медленно тонул.
Я не хотел больше жить в тени. Я не хотел отталкивать ее.
Я коснулся ее шарфа, волосы ее щекотали мои пальцы.
Она развернулась.
- Юу-чан.
- Мию, - сказал я. – Что ты здесь делаешь? Са-мэ-зо, - я плотнее обернул вокруг ее шеи шарф.
- Холодно, - согласилась она. – Я думала. О нас.
Отлично.
- А что с нами? – спросил я, обнимая ее. Она не вырвалась, это было хорошим знаком.
- С нами… все в порядке?
Как все могло быть в порядке, если я едва оставался человеком?
Но я хотел, чтобы все было в порядке. Очень хотел. Мию отвлекала меня от проблем, разве не этого мне хотелось?
- Все хорошо, - сказал я. – Отлично.
Она могла меня уничтожить. Она могла спросить, говорил ли Сато правду. Был ли я с другой девушкой? Мог ли я рассказать ей, куда исчезаю, почему не всегда отвечаю на звонки?
Нет. Я не мог рассказать ей всего.
Мне пришлось бы молчать, она ушла бы. И я остался бы один на крыше, смотрел бы на мир, что никогда меня не примет.
Мию улыбнулась и прижалась ко мне.
- Ски, - сказала она. Ты мне нравишься.
Я обнимал ее и смотрел на пустой двор.
Это и есть любовь? Если она отпустит меня, я захлебнусь и утону.
От меня ничего не останется.
Глава пятая:
Кэти
Теперь моя жизнь стала такой.
Я сидела на кровати, не торопясь раздвинуть шторы. Свет только напомнил бы мне, что комната не моя. Яркие красные стены, плакаты групп, которые я не слушала, черный шкаф с шипами. В сентябре дочь Линды, Джесс, поступила в университет, а самой Линде пришлось ехать через всю страну, чтобы помочь с похоронами. И теперь я обитала в комнате Джесс, как бледный призрак, забившийся в угол.
Я помнила июльский день, когда Линда с мамой пили кофе на нашей кухне. Линда смеялась над тем, что ее дом опустел.
- Чем мне теперь заниматься? – она нервно хихикала. Мама тихо погладила ее по руке.
