Тень Луны полностью

Тонкие пальцы Ригель нежно касаются струн арфы, создавая мелодию, которая плавно разливается по комнате. Солнечные лучи окрашивают всё вокруг в золотистые тона, но кажется, что мерцание исходит именно от неё, от самой наследницы рода Марса.

Прекрасная мелодия льётся, словно волны океана, тягуче и гармонично, захватывая каждого, кто находится рядом. Вокруг уже собралось множество гостей: друзья семьи и любопытные зеваки, привлечённые великолепной игрой девушки.

– Посмотри на неё, – Феникс смотрит на сестру с неприкрытым восхищением. Его глаза полны трепетного благоговения.

– Так вот про кого ты мне прожужжал все уши, – отвечает Арген, впервые увидев ту, о которой Феникс столько говорил.

Он не может оторвать взгляда от Ригель, заворожённый её игрой. Его друг что-то говорит, но Арген не улавливает смысла слов, поглощённый образом девушки.

Прохладный бриз играет с её волосами, нежно щекочет плечи, делая её ещё более очаровательной и притягательной. Весь мир вокруг словно сверкает и переливается в лучах солнца, будто это сказка.

– Моя кузина, – с гордостью произносит Феникс, – самая красивая на всей Терре. Ригель – как хрупкий цветок. Представляешь, что когда-то она станет могущественной Советницей и будет править наравне с тобой?

Арген замирает, словно пытаясь осознать, что испытывает в этот момент. Его сердце замирает в груди, пытаясь понять новые, ранее неизведанные чувства. Он смотрит на девушку, и его дыхание замедляется. Она кажется чистой и невинной, словно весь мир и его скверна достались только ему, Аргену, чтобы этот цветок мог радовать окружающих своей красотой.

Ригель завораживает всех своей игрой на арфе, казалось, что её музыка исцеляет души собравшихся.

«Она даже не подозревает, что в мире есть что-то дурное, – думает Арген. – Она не знает, как жесток и скверен этот мир».

Незнакомое чувство тепла зарождается в его груди. Каждое прикосновение девушки к струнам арфы пронзает его сердце, словно золотая стрела.

«Такой нежный и хрупкий цветок, – думает Арген, – хочу сорвать его и забрать себе».

Его разум заполняется волнами таинственного влечения.

«Кто же она? Ангел, спустившийся с небес?» – его мысли уносят всё дальше от реальности.

– Не влюбись в неё, Арген, – предупреждает его Феникс, словно угадав мысли друга. Арген с трудом приходит в себя.

– Глупости, – отмахивается он, хотя понимает, что это стало неизбежным.

Арген внимательно смотрит на Феникса, пытаясь понять его.

– Ты ведь сам влюблён в неё, – шепчет он. – Но она твоя сестра… Как такое могло случиться?

– Неважно, – Феникс старается скрыть смущение. – Ригель – весь мой мир.

Арген на мгновение представляет себя рядом с нею, но тут же отталкивает эти мысли.

– Нет, – одними губами говорит он. – Мы слишком разные. Она из другого мира. Я не достоин её.

Наконец, Ригель замечает их, и, когда их взгляды пересекаются, время словно останавливается. Всё вокруг теряет значение. Восхищение и стыд смешиваются, создавая гремучую смесь эмоций.

«Она слишком невинна, – думает Арген. – Я только запятнаю её чистоту своей грязью».

Пронизывающая его волна энергии проходит сквозь тело, как молния, разделяющая небо.

«Как много любви и радости в её глазах, – размышляет он, – такие глаза могут видеть только прекрасное в этом мире».

На миг он задумывается о своей жизни, о том, что видит он сам каждый день – грязь, страдание и боль.

Это воспоминание стало одним из самых ярких для Аргена. Одно из тех, что он будет хранить в сердце до конца жизни. Воспоминание о мелодии, запахе пионов и девочке, которая, сама того не зная, изменила его мир.

Только не влюбиться… – думает он, бросая виноватый взгляд на Феникса.

Ночь ясная, и звёзды, словно крошечные алмазы, сияют на глубоком синем небе. Передо мной предстала завораживающая картина: фестивальная площадка, утопающая в мягком свете искусственных огней и переливающихся неоновых оттенков. По обе стороны от меня стояли белоснежные шатры. Отовсюду доносятся запахи цветов, выпечки и вкусных ароматов пряных специй. Воздух наполнен лёгкой сладостью, смешанной с прохладной свежестью ночи. Фонтаны тихо журчали, водяные арки сияли под светом ламп, словно хрустальные мосты, перекинутые между мирами.

Атланты неторопливо прогуливаются вдоль дорожек, их силуэты утопают в мягком свечении фонарей, которые расставлены вдоль аллей. Мягкий шелест листвы, шёпот разговоров и тихий смех создают ощущение уюта и спокойствия, несмотря на торжественную атмосферу вокруг. Всё здесь такое безмятежное, словно это место создано для того, чтобы на мгновение забыть о тревогах внешнего мира.