Тень машины войны (ЛП) полностью

— Чарльз сказал мне, что ты пытался подкупить его, чтобы он вернул тебе пластины, украденные нами из твоего замка. Теперь он мёртв. И Эдгар тоже.

Эдгар и Чарльз были Развлекателями, которые помогали моему деду в его начинаниях. Их убийства едва не разорвали Орден на части.

— Я их не убивал. Клянусь, — выдавил Рэтфорд.

Дедушка отпустил его, сильно тряхнув. На мгновение в моём сознании всплыло воспоминание о том, как мужчина в маске схватил капитана «Медузы».

— Если ты ещё раз когда-либо будешь угрожать моей семье, то Чёрная Метка покажется тебе манной небесной, — сказал Papa.

Рэтфорд потёр свою шею.

— Это была не угроза. Ты утверждаешь, что пришёл образумить меня. Считай это моей попыткой просветить тебя. Я уже говорил тебе ранее. Я не знаю, кто убил Чарльза и Эдгара. Насколько я знаю, это вообще мог сделать ты. Ты не можешь отрицать, что в результате их кончины политические настроения в Ордене складываются в твою пользу.

Что бы ни пытался сделать Рэтфорд, это не поколебало стальной сдержанности моего дедушки.

— Убийство ради амбиций — это немыслимо. Это идёт против всего, за что ратует Орден, да и мотивы того, кто от этого выиграет, будут слишком очевидны. Такого мужчину быстро раскроют.

— Неужели? — Рэтфорд склонил голову набок. — Или же ему понадобится удобный козел отпущения?

В этот момент на лице моего деда промелькнул первый проблеск сомнения.

— Знай вот что. Если на мою жизнь будет совершено покушение, я исчезну и сделаю всё, что в моих силах, чтобы остановить это безумие.

— Думаешь, Pensée тебя спрячет?

Papa, казалось, опешил от замечания Рэтфорда. Я отошла от стены. Pensée. Вот та подсказка, которую я искала. Французское слово. Цветок. Анютины глазки.

Мой Papa прочистил горло.

— Пожалуйста, Улисс. Твоя одержимость будет поглощать тебя, пока однажды не лишит жизни.

— Значит, так тому и быть, — заявил Рэтфорд.

Поразительные серебристые глаза Papa прищурились, скользнув взглядом по тени мужчины.

— Я отказываюсь верить, что для тебя уже нет пути назад, — не сказав больше ни слова, Papa вышел обратно через дверь, и призраки померкли.

Я продолжала наблюдать за задымленной комнатой, дожидаясь, когда призраки мужчин вновь появятся и расскажут мне больше. Я втайне надеялась ещё раз увидеть деда, но свет в машине погас, а зубцы и шестерёнки остановились.

— Это определённо драматичнее письма, — сказал Питер, кашлянув и прикрывшись рукой.

— Нет времени болтать, — пожурила я. — Pensée. Ты знаешь, о чём он говорил?

— Не имею ни малейшего понятия, — Питер помахал ладонью перед лицом, затем шире открыл дверь и жестом показал нам выходить. Мы закрыли дверь, чтобы не выпускать остатки дыма, и я осознала, что с новым трагичным пониманием смотрю на колыбель, пристроенную у подлокотника старого кресла Рэтфорда. Мне нужно отпустить это. Я лишь надеялась, что Рэтфорд наконец-то обрёл покой и вернулся к своей потерянной возлюбленной.

— Нам нужно найти первое письмо, которое Рэтфорд оставил для меня, — сказала я. Мне нужно быть уверенной. Прошло много времени с тех пор, как я его прочла.

— Это? — спросил Питер, достав письмо из стопки бумаг, которую он просматривал перед тем, как мы обнаружили потайную комнату.

Я снова и снова прочитывала слова, чтобы убедиться, что ничего не пропустила. Всё было ужасно смутно. Единственная часть, относившаяся к исчезновению моего деда, мало что сообщала. Я прочитала это вслух для остальных.

— Здесь говорится: «Я исчезну по-настоящему. Я полагаю, что статус мертвеца имеет определённые преимущества. Поскольку ты единственный, кто знает, что на самом деле я жив, то если кто-то будет искать меня, я буду знать, что это ты нас предал. Вопрос с предателем будет решён».

— Это даёт нам очень мало информации, — сказал Уилл. — Твой дед не подтвердил, что действительно направляется в это Pensée.

— Да, но pensée — это французское слово, — сказала я. — Если мой дед действительно отправился во Францию, там он мог повстречать старого врага, — когда мужчина в заводной маске поймал меня, в одном человеческом глазу несомненно пылала ненависть. Какую бы обиду он ни затаил против моей семьи, она была глубоко личной.

— Мужчина в заводной маске путешествует то во Францию, то обратно. Это достаточно весомая связь, чтобы изучить этот вариант, — я бросила ещё один взгляд на письмо, словно между аккуратно написанными строчками может проступить нечто невидимое и указать мне правильный путь. — Я могу легко покопаться в исторических записях в своей мастерской и попытаться узнать, что такое Pensée.

Я взглянула на Уилла, и он взял меня за руку.

— Уже почти рассвет. Нам пора уходить, — сказал он.

Я кивнула. В этом месте обитало слишком много призраков.

— И ещё одно, Мег, — добавил Уилл.

— Что такое?

Брови Уилла нахмурились в суровом и серьёзном выражении.

— Если мы найдём твоего деда, напомни мне никогда его не злить.

Глава 9