– Самое прямое. Дима – это Королев Дмитрий Николаевич. Депутат Заксобрания Петербурга. И заодно один из лидеров наркомафии в нашем городе.
Романов присвистнул. Сообщение Прилепина толкало его прямо к мысли, которую он старательно от себя гнал. А именно: Аньелли был связан с наркомафией. И если это так, то перед ним дилемма – отказаться от заказа, сообщив старику Аньелли всю правду, или продолжать копать, теперь уже с риском для жизни.
– Скажите, Сергей Николаевич, – обратился он к Прилепину, – вас явно интересует не только гонорар за работу, но и само дело. В чем ваш интерес?
Прилепин ответил не сразу, словно размышлял, стоит ли говорить. Со стороны он выглядел как водитель, внимательно следящий за дорогой. Романов терпеливо ждал. Он, как всегда в подобных случаях, вспомнил поучения отца. Если тебе не отвечают, никогда не задавай вопрос повторно.
Наконец Прилепин коротко бросил:
– Личные счеты.
Романову было ясно, что дальнейшие расспросы скажутся негативно на так хорошо начавшемся сотрудничестве. Он уже неплохо разбирался в людях и знал, что термин, изобретенный Марио Пьюзо, верен не во всех ситуациях, а точнее, верен только в финансовых вопросах. В остальном, особенно когда дело касалось личных счетов, личное играло первостепенную роль.
– Вы будете и дальше, насколько я понимаю, прокачивать эту особу. В принципе, мое расследование закончено, но все-таки, Сергей Николаевич, выясните у нее все московские контакты Аньелли. И пришлите, как можно быстрее. Как вы хотите получить гонорар за работу, на счет или налом?
– Если можно, налом. Я пришлю человека или подъеду сам.
– Буду рад встретиться в Москве. Кроме того, не исключаю, что старик Аньелли, узнав, что это не оплошность внука, а убийство, может попросить найти убийцу.
– И заказчика.
– Разумеется. Это у нас в лучшем случае полиция находит убийцу. В Италии все намного серьезнее. Но я буду рекомендовать старику официально обратиться в правоохранительные органы.
– Если старик хоть немного знает эту страну, то поймет, что это бесполезно. Даже за самые большие деньги.
Романов хотел сказать, что кроме денег у старика имеется возможность воздействовать на высших российских чиновников, но промолчал.
На следующий день, выписавшись из гостиницы, Романов пообедал в «Палкине» и поехал на вокзал. Уже сидя в «Сапсане», он отправил сообщение на смартфон Паолы: «Это была не передозировка, а убийство. Фабио не употреблял наркотики».
Вернувшись в Москву, Василий Ильич первым дело отправился к отцу. Генерал, как всегда, был занят важным делом. Он сидел возле аквариума с сачком в руках. После выхода на пенсию, в отличие от своих коллег-генералов, он не пошел работать. Чем очень гордился. И не стал ни охотником, ни рыбаком, хотя еще лет десять назад любил побаловаться рыбалкой. Он стал завзятым цветоводом и аквариумистом. Его кабинет был покрыт зеленью домашних растений, которые оплели стену и окно. На балконе рос виноград, который даже давал плоды. В гостиной стоял большой напольный аквариум на тридцать ведер емкостью с замкнутой экосистемой, а в спальне – несколько маленьких, в которые он помещал заболевших рыбок или самцов с самками для разведения. Сейчас, видимо, предстояли роды, и генерал был наготове, чтобы отсадить мамашу в другой аквариум, дабы она не съела свое потомство. «Хорошо, что у меня есть ключ от квартиры», – подумал Василий, зная, что в такую минуту он мог звонить до посинения, но генерал не оторвался бы от важного дела, чтобы открыть дверь.
– Как съездил? – спросил старик, не отрывая глаз от аквариума, где металась довольно крупная рыбка серого цвета. У него не было привычки здороваться, когда приходил наследник.
– Расскажу в деталях. Когда освободишься.
– Правильно. У меня гурамиха рожает. Так что ты уж подожди. Кстати, Ванька на той неделе приезжает.
Иван Ильич Романов был старшим сыном генерала. Он был дипломат и работал в российском посольстве в Вене. Отношения между братьями были не совсем братскими, поскольку они росли врозь. Младший сын четы Романовых ездил с родителями по странам Европы. Старший, в силу возраста, учился и воспитывался в специальном интернате для детей сотрудников ГРУ, находящихся за границей.
Минут через сорок все было кончено. Мальки запрятались в траве, мамаша была выловлена и отправлена в большой аквариум, а генерал пипеткой накапал малышам разведенный желток от сваренного вкрутую яйца. На ближайшие недели эта будет их пищей.
– Итак, докладывай, – сказал генерал, когда кофе и коньяк были налиты.
Старик Романов, как Черчилль, пил исключительно армянские марочные коньяки. Больше всего любил «Отборный». Романов в деталях рассказал о своей поездке. Генерал долго размышлял, прихлебывая кофе и ароматный коньяк. Наконец он заговорил:
– Нечто в этом роде я и предполагал. В то, что Аньелли наркоман, не верил с самого начала. А вот то, что ты участвовал в спецоперации, да еще с похищением человека, мне не нравится. Запомни, мы чисто информационная структура. Интеллектуалы, если хочешь. Надо придерживаться профиля деятельности. Во всех видах бизнеса.
