Все направились в отель. Прилепину время от времени звонил человек, следующий за Есиным. Он докладывал о перемещениях объекта. Наконец после очередного звонка Прилепин сказал:
– Клиент отоварился на Кёртнере и сейчас с покупками направляется в отель.
– А если не в отель? – спросил Романов и тут же пожалел о своем вопросе.
Прилепин насмешливо посмотрел на него и спросил:
– А вы будете с пакетами и коробками таскаться по городу, когда ваш отель в трех минутах ходьбы?
Они поспешили в отель. В вестибюле Ружинский попросил всех подождать, а сам вынул из бумажника электронный ключ отеля и направился к ресепшену.
– У меня размагнитился ключ, – сказал на английском он молодому парню на ресепшене, одетому в черный костюм.
– Какой номер, сэр? – спросил тот, вставляя ключ в магнитное устройство.
– Четыреста двадцать три.
– Пожалуйста, сэр, – сказал служитель отеля, протягивая намагниченный ключ.
В лифте Мозг спросил Ружинского:
– Откуда у вас ключ?
– С последней поездки остался. Давайте сделаем так. Вы, друзья, – обратился он к Романову и Прилепину, – идите в номер Георгия Ивановича и включайте аппаратуру. А мы будем ждать клиента у него в номере. Это более эффектно, чем заходить в номер, когда он там. Вдруг человек будет в непрезентабельном виде.
В номере сообщники включили аппаратуру. Наступило томительное ожидание. Романов развалился в кресле. Прилепин ходил взад и вперед по комнате, заложив руки за спину.
– Вы, как Наполеон, Сергей Николаевич, – шутливо сказал Романов. – Руки за спиной и задумчивый взгляд.
– Лагерная привычка.
– Простите. Неудачно пошутил.
– Если не секрет, как вы намерены использовать Есина?
– Пока не знаю. Но то, что он может понадобиться, ясно. Главное, чтобы не сошел с катушек и не наломал дров.
– Вы что, намерены бороться с этой американской структурой?
– Господь с вами. Зачем это мне? Да и каким образом я могу с ними бороться?
– Ну, знаете ли… Способов много.
– Например?
– Например, передать все в прессу.
– Какую?
– Западную.
– Да что вы! Ни одна газета не напечатает. А я засвечусь.
– Российским спецслужбам?
– Они перепродадут информацию американцам, а мне будет кирдык.
– Тогда зачем вам все это?
– Папа учил меня, что деньги и информацию надо копить. Никогда не знаешь, что понадобится в тот или иной момент. Это товар повышенной ликвидности.
В это время зазвонил телефон Прилепина. Звонил его сотрудник, следящий за Есиным. Прилепин бросил в трубку краткое «О’к» и обратился к Романову:
– Он вошел в отель. Через пару минут будет в номере.
– Прекрасно. Располагайтесь поудобнее. Вам будет интересно послушать, как работают профессионалы.
Он включил устройство.
– Who are you? What are you doing in my room? (Кто вы? Что вы делаете в моей комнате?) – раздался голос Есина.
Романов отметил, что голос был абсолютно спокойный. «Молодец», – подумал он.
– Только не волнуйтесь, Евгений Петрович, – заговорил Ружинский. – Мы не преступники, не полиция и даже не контрразведка. Просто сотрудники одной частной и законопослушной фирмы.
– Я не волнуюсь, но интересно, в соответствии с каким законом вы проникли в мой номер. Вы ведь законопослушная фирма.
Раздался смех.
– Вы очень юридически подкованы, Евгений Петрович. Один ноль в вашу пользу. Если потребуете, мы немедленно уйдем. И мы сюда вошли не в соответствии с законом юридическим, а по закону Божьему. Чтобы спасти вас. Вы убедитесь, что вы нам нужны, но мы вам нужны больше, чем вы нам. Это и есть сотрудничество. Когда обе стороны заинтересованы друг в друге.
– А если я сочту, что не заинтересован в вас? Предпримите против меня какие-то меры?
– И не подумаем. Нет необходимости. Против вас предпримут меры другие. О чем мы и решили вас предупредить. А вы, отвергнув нас, совершите еще одну, и на этот раз непоправимую глупость. Да сядьте же вы. Не могу беседовать, когда сижу, а собеседник стоит. Повторяю, вам здесь ничего не грозит. По крайней мере, с нашей стороны. Вас, как гражданина США, защищает вся мощь Соединенных Штатов. Это нас, бедных россиян, можно угробить в холле отеля, а полиция ограничится составлением протокола.
– Я вас слушаю.
– Прежде чем перейдем к делу, разрешите выразить свое восхищение вашим хладнокровием. Я боялся столкнуться с истерикой.
– Я что, похож на истеричку? Кроме того, я уже давно жду, что ко мне придет кто-то, кто захочет посотрудничать.
– Разумно. Итак! Я не могу утверждать, но полагаю, что у вас, как у любого нормального человека, есть планы на будущее. И, как любой нормальный человек, имеющий солидные деньги и приличную недвижимость, вы наверняка покупали виллу во Флориде и квартиру в Нью-Йорке не для того, чтобы почить в бозе в Питере. А для того, чтобы там жить.
– Сколько? – перебил Ружинского обладатель приличной недвижимости.
– Нисколько. Нас не интересуют ваши деньги. Кажется, вы приняли нас за банальных шантажистов. Обидно, симпатичный вы мой.
– Чего же вы хотите?
– Для начала хотим, чтобы вы ответили на несколько вопросов.
– Спрашивайте.
