– Наверное, надо тебе знать… Я кое-что вспомнила… Когда я бежала от своего убийцы… Когда была еще жива… Он догнал меня, Геор, и… Я упала на траву…
Алена не смогла договорить, но все и так было понятно. Геора скрутило волной ярости, попадись ему сейчас убийца – разорвал бы голыми руками и заставил бы жрать собственную печенку.
– Все хорошо, – успокоил он Алену, потому что она замерла, почувствовав, как напряглись его мышцы. – Тебя никто больше не обидит.
Охотник уснул, обнимая баньши, вдыхая запах леса и дождя. Теперь для него она всегда пахла дождем…
Потом наступил следующий день. И было утро, когда они ласкали друг друга. И запах какао на кухне. Потом они дурачились – танцевали на постели, включив музыкальный канал, а когда устали, Геор устроил голову на коленях Алены, и она вслух читала ему книгу.
– Лучше любого фильма, – улыбнулся он, засыпая.
Позже Алена со смехом спрашивала: «Почему лучше? Потому что спать не мешает?»
Вечером выбрались прогуляться. Весь день шел дождь, пахло землей, асфальтом и мокрой травой. Геора пронзила дрожь, и он покрепче прижал к себе хрупкую Аленку, будто испугался, что она растает.
– Я смогу потом гулять одна? – спросила она. – Ты ведь не всегда будешь рядом.
Этот вопрос действительно волновал ее – Алена даже остановилась, взяла Геора за руку и подняла глаза.
– Решим позже. Зачем сейчас об этом говорить? На работу мне только послезавтра. Да и зачем тебе на улицу? Я всегда принесу все, что нужно…
Алена понурившись побрела вперед, но Геор догнал, схватил в охапку, подул на макушку.
– Не грусти, одуванчик…
– Что еще за одуванчик? – удивилась она.
– Ты такая же пушистая.
И еще один счастливый день подошел к концу. Рана на плече почти затянулась благодаря измененному трансмутацией метаболизму и зельям мастеров-алхимиков. Проклятие тоже почти не давало о себе знать: Алена не позволяла ему разрастаться, чистила ауру.
Правда, коварное проклятие исподтишка подкидывало мелкие неприятности. Один раз Геор поскользнулся на оставленной кем-то обертке от шоколадки и грохнулся на бордюр. Чуть правее – и расшиб бы голову. В другой раз в душевой кабинке внезапно хлынул кипяток, а дверь заклинило, но Геор вынес ее и не успел сильно обвариться. Аленка потом мазала его сметаной, пока он, смеясь, не отобрал баночку.
– Моя очередь!
Она хохотала, увертывалась, но в конце концов оказалась загнана в угол.
– Попалась! – удовлетворенно сказал охотник, чувствуя, как покалывает мышцы от азарта и желания, намазал Аленке сметаной губы и облизал их.
– А что потом? – тихонько спросила баньши, когда они, разомлевшие, лежали в объятиях друг друга. – Ведь так не будет всегда… Если кто-то узнает, что ты меня прячешь…
– Никто не узнает! – отрезал Геор.
Поднялся и ушел в душ. Он злился на себя за то, что, как страус, прятал голову в песок. И хотя установка «Надо просто прожить еще один день» работала, Геор понимал, что их маленький рай слишком уязвим и непрочен…
«Больше никто не причинит ей вреда!» – упрямо думал охотник.
Разве мог он представить, что этим кем-то может стать он сам…
Каждое событие того дня, когда все пошло наперекосяк, по отдельности не было роковым, но все вместе они привели к катастрофе. Хотя с утра ничто ее не предвещало.
Геор торопился утром на службу и забыл на тумбочке у входа ключи. Расслабился, с кем не бывает. Он все не мог расстаться с Аленкой после трех счастливых и безоблачных дней и в коридоре, прощаясь, целовал ее губы и волосы.
Вспомнил о ключах уже на половине дороги, но махнул рукой. Алена знает, что выходить ей опасно, поэтому, конечно, останется дома.
Стас, едва увидев Геора, тут же направил его в отдел алхимиков. Геор заскрипел зубами, но делать нечего – опять будут изучать ауру и вместо утреннего кофе потчевать зельями. Оказалось, все намного хуже, чем ожидал охотник.
Вместо Анатолия его встретил парнишка-стажер, сунул под нос журнал.
– Охотник Воронцов? – Дождался кивка и ткнул пальцем в строку, где уже была записана фамилия Геора. – Распишитесь. У вас сегодня плановая трансмутация. Вы не ели с утра?
Трансмутация! Зар-раза! Геор совсем про нее забыл, вылетело из головы! Поморщился, представив, как, вернувшись домой, весь вечер пролежит пластом. Не хочется, чтобы Аленка видела его слабость…
– Не ел, – мрачно признался он.
С болезненной процедурой действительно тянуть не стоит, чем быстрее разделается, тем лучше, а позавтракать он на самом деле не успел: не до того было. Он невольно вспомнил порозовевшие щеки Аленушки и улыбнулся. Алхимик взглянул странно – никак не мог взять в толк, с чего бы это охотник так радуется грядущей неприятной манипуляции.
– Проходите в десятую операционную, раздевайтесь. Мастер-алхимик Ромашов сейчас подойдет.
– Сколько у меня времени? Мне надо отойти, вернусь минут через десять-пятнадцать.
Стажер пожал плечами, мол, под вашу ответственность. А Геор вспомнил о мастере-аналитике Степане. Что, если он сумел разблокировать программу на ноутбуке Алены? Лучше поговорить сейчас, после трансмутации будет не до того.
