Тяжело поднялся на ноги. Земля вертелась, как живая, будто стремилась сбросить с себя букашку – Геора. Упал на колено, но снова встал, цепляясь за ствол дерева. Раст наблюдал со змеиным хладнокровием.
– Проклятие я немного придержал, – сообщил он невозмутимо. – Ненадолго, если что. Просто решил уравнять шансы.
Геор покосился на нечисть. Помог? С чего бы?
– Взаимовыгодное сотрудничество, – ответил тот на незаданный вопрос. – Ты здесь по моей просьбе.
Просьба! Баньши!
Геор, шатаясь, поплелся к кустам, где спряталась сероглазая девчонка. Он надеялся вопреки здравому смыслу, что она еще там, дождалась его, а не сбежала в разгар сражения.
– Аленушка, – тихо позвал он. – Это я…
Заметил сжавшуюся в комочек фигуру, рухнул рядом на колени: ноги не держали. Нашел тонкую руку.
– Посмотри на меня, девочка… Не бойся…
Баньши подняла лицо. Пепельные волосы, серые глаза, но… Это была совсем другая девушка. Геор отпрянул от неожиданности.
– Где Алена?
Раст нарисовался рядом, как по волшебству. Помог подняться девчонке, шепнул: «Беги, беги отсюда» – и с легкой улыбкой посмотрел на Геора.
– Какая Алена?
Охотник растерянно проследил глазами, как незнакомая баньши убегает в парк, теряется среди деревьев.
– Когда я увижу Полоза? – процедил он, борясь с желанием вцепиться в физиономию самодовольной нечисти.
– Скоро! – ответил тот. – Уже очень скоро!
Когда Геор вошел в кабинет Большака, Маковцев сам грузно поднялся навстречу, протянул ладонь. Рукопожатие было еще крепким, хотя фигура бывшего охотника оплыла, а взгляд потускнел. В этом человеке почти невозможно было узнать поджарого крепкого мужчину, что двенадцать лет назад выбил дверь в квартиру Геора и зарубил безликого. А после, уходя, бросил мальчишке, что неотрывно глазел на меч в его руках: «Приходи, как вырастешь, если не испугаешься».
Начальник кивнул, как старому другу, и указал на кресло:
– Садись. Знаю, ранен…
Геор надеялся, что со стороны незаметно, как ему хреново. Видно, зря надеялся. Даже залитый по уши тонизирующими и болеутоляющими зельями, он чувствовал себя так, будто по нему проехали катком. Он уже и сам запутался, сколько сейчас на его теле ран и порезов, да это и неважно. Пока жив – и ладно.
Маковцев медлил, вертел в руке карандаш, а потом вдруг сжал его так сильно, что тот с треском сломался в пальцах.
– Заслужили сволочи! Но кто бы мог подумать… Лучшие в отделе! Как только психологи упустили!
Геор молчал. Вернувшись в Лигу после смертельного поединка с бывшими напарниками, он отправился в отдел аналитики и рассказал обо всем. Знал, что о случившемся немедленно доложат начальнику, ждал, что Маковцев его вызовет, но заранее готовился к худшему. А теперь, выходит, можно перевести дух. Легче, правда, не стало.
Большак продолжал говорить. О том, что самому Геору не грозит расследование: внутреннее дело Лига уладит с полицией сама. Что охотник теперь, если захочет, может претендовать на место начальника отдела взамен выбывшего Стаса. Что родителям девочки анонимно переведут на счет большую сумму в качестве компенсации… Геора передернуло. Вот так, оказывается, все просто можно решить – будто родители Алены утешатся деньгами… Да и ему самому в Лиге больше делать нечего. Впрочем, как и на этом свете. И так задержался. Сколько там ему Кася отвела? Три дня? Второй день как раз подходил к концу.
– Я пойду, – сказал он, вставая, перебив Маковцева на середине фразы.
Тот сжал губы, потемнел лицом, но промолчал, списав несдержанность Геора на болезненное состояние.
– Иди… Да, Гоша, неделю отпуска тебе даю, поправляйся.
Геор обернулся у входа и все-таки задал вопрос, который не давал покоя с того самого дня, когда он увиделся с Таней.
– Зачем вы пригласили меня в Лигу? Я был вам нужен?
Маковцев приподнял брови, откинулся на спинку кресла и рассмеялся.
– Гоша, это паранойя уже! Давай-ка ты тоже на прием к психологам сходишь! Ты ведь знаешь, как это работает: приглашаем, если видим в ребенке потенциал. Я в тебе увидел.
Геор кивнул и вышел. Ему показалось – или за секунду до того, как начальник рассмеялся, на лице у него мелькнуло растерянное и даже испуганное выражение?
Нет, точно надо провериться у мозгоправов. Хотя… Ни к чему, один день, оставшийся до срока, как-нибудь протянет.
Геор вернулся в отдел и сел за компьютер. В Лиге уже все знали о том, что случилось, и он мысленно смирился с тем, что сделается изгоем. Убил своих… Хотя не нападал со спины и бился честно – один против двоих, но все-таки…
Однако, как ни странно, то один сотрудник, то другой подходили с ничего не значащими вопросами, жали руку, и хотя некоторые смотрели косо, таких оказалось меньшинство.
Он открыл браузер и, ни на что особо не надеясь, вбил «Полоз» в строку поиска: времени осталось слишком мало, надо использовать любую возможность.
