Через семь часов все члены команды – за исключением Майка Зиглера, который по-прежнему находился в США, – каждый по-своему и в разных местах отметили наступление Нового года. Тони Акфорд пригласил своих родителей в местный паб, чтобы немного выпить; Мел Харрис с женой отправились на вечеринку, устроенную друзьями в Вустере; чуть севернее, в Манчестере, Боб Ашер находился в постели с подружкой – очаровательной блондинкой почти вдвое моложе его самого; Джонни Берн в своей лондонской квартире откупорил бутылку шампанского и поднял тост за будущее с новоиспеченным инспектором уголовной полиции Джулиет Шелли; Энди Денард притащил Криса Палмера на Трафальгарскую площадь, где на этот раз, в виде исключения, все обошлось без серьезных происшествий, связанных с пьянством и членовредительством, хотя Палмеру и пришлось угомонить разошедшегося пилота, когда тот попытался раздеться и нырнуть в один из фонтанов.
Эд Хауард проводил полночный час в одиночестве у себя на квартире в Уондзуорте. Он сидел и размышлял с бокалом виски в руке, взгляд его темных глаз был отрешенным, а мысли блуждали где-то далеко. Когда по радио донесся последний удар Биг-Бена, он на мгновение задумался, каким же для него обернется год 1992-й? Легкая улыбка коснулась его губ, и Хауард поднял бокал. «За твое пятидесятилетие, Саддам, – произнес он про себя. – Мы отметим его с тобой – с тобой, мерзкий ублюдок! Мы придем и испортим тебе вечер».
Утром в понедельник, 6 января 1992 года, Берн забрал почту из ящиков, расположенных во всех трех зданиях, и прошел во внутренний офис в блоке № 8.
Он уселся за стол и стал разбирать письма. Большая часть корреспонденции оказалась опоздавшей еще к Рождеству. Там было несколько подложных писем, которые он сам себе регулярно отсылал из Лондона, чтобы у почтальона сложилось впечатление, будто компании вовсю работают, оставались еще банковские извещения за декабрь, три телефонных счета и квартальные счета за электричество для каждого здания.
Его взгляд привлекло последнее письмо из стопки – оно было проштемпелевано в Портсмуте. Джонни вскрыл его: «Экьюраси интернэшонал» извещала «мистера Арндейла», что его заказ на две винтовки исполнен.
Берн кликнул Акфорда:
– Тони, боюсь, что это именно то место, куда кому-то из нас придется отправиться под своим настоящим именем. Я это сделаю сам. Мы не сможем забрать их без дилерского удостоверения «Экс-Эф секьюритиз». Ты говорил с ними раньше – можешь позвонить тому, с кем ты общался, и дать ему знать, чтобы он меня ждал?
Акфорд сделал телефонный звонок, и Берн уехал из Лондона на своем «БМВ». На долговременной автостоянке аэропорта Хитроу он снял контактные линзы, достал из-за щек подушечки и, как обычно, пересел в свою «альфу-ромео», оставив «БМВ» на свободном месте неподалеку. Стоянка обходилась неимоверно дорого – один из автомобилей находился там постоянно, – но тысячи машин вокруг гарантировали анонимность. Берн снова выбрался на М4, вскоре съехал на М25, а затем свернул на МЗ к Саутхемптону и далее на М27 в сторону Портсмута.
К четырем часам дня он уже снова пересел в «БМВ» и вернулся в Суиндон с двумя длинными узкими футлярами и небольшим тяжелым ящиком. Внутри блока № 8 вместе с Акфордом они их вскрыли.
Глаза Акфорда расширились при виде двух больших винтовок.
– Ох, парень! Это то, что я называю мастерством! – Он взял одну из тяжелых винтовок и передернул затвор. – Только попробуй. Никаких сомнений, для чего она была сделана.
– Да, это – кое-что, – согласился Берн. – Но не слишком-то к ним привязывайся. Не забывай, что тебе предстоит сделать с одной из них.
– Это будет актом вандализма, босс. Не уверен, что смогу себя заставить сделать это.
– Лучший выход – заняться ею прямо сейчас. Вечером просверли казенник и привари боек. Завтра залей ствол. Ну, а потом можешь заняться подготовкой второй винтовки для нашего снайпера.
– Но какой именно, босс? – взмолился Акфорд. – Они обе – произведения искусства.
– Какие у них серийные номера? – Берн быстро проверил цифры, выгравированные на стволах оружия. – О'кей, это упрощает твою работу. Номера не только последовательные, но еще и кончаются соответственно на «8» и на «9». Это все решает. Вот тебе «девятка» – иди и начинай курочить ее прямо сейчас. Только изнутри, конечно. Сделай все чисто – лишь бы пройти инспекцию. Снаружи она по-прежнему должна выглядеть как боевая.
С траурным видом Акфорд ушел вместе с винтовкой. Через несколько минут Берн, запиравший вторую винтовку и ящик с боеприпасами в сейф блока № 8, услышал завывания мощной дрели – Акфорд приступил к превращению новехонькой, похожей на произведение искусства винтовки в выглядящий смертоносным, но ни к чему не пригодный кусок металлолома.
К утру среды работа была закончена. Акфорд передал теперь бесполезную винтовку Берну, который отправился на «БМВ» в Бирмингемскую инспекционную палату. Возвратившись после полудня, он вернул винтовку Акфорду.
