Ирвин перевёл взгляд на мешок документов, ощущая странную смесь усталости и азарта. Напряжения, беготни и драк сегодня было выше крыши. Глаза слипались, хотелось крепкого кофе. Но аромат близкой тайны манил сильнее, чем кружка или постель.
– Ну-с-с, приступим! – журналист встал, потирая руки, – У нас тут накопились вопросы, и сейчас мы будем доставать ответы.
******
Угрюмые облака держали осаду, но рассветные лучи упрямо просачивались то тут, то там, освещая город. Двое молодых мужчин склонились над заваленным бумагами столом. Тут же стояла пара кружек с кипячёной водой: конечно же, кофе в разгромленном жилье не нашлось, а заварки хватило буквально на порцию чая.
– Его действительно звали Альберт Мейер, как ты и говорил, – Ирвин поднял нос от записей.
– Так выходит, Стилет при жизни служил Короне?
– Выходит так. Похоже, отец Клаус добыл эти данные в каком-то очень непростом архиве, – палец постучал по печати на желтоватой бумаге. Она напоминала обрывок паутины, вписанный в круг.
– Я видел этот знак несколько раз, – задумчиво проговорил Кристан, – так помечает свои документы Тайная Королевская Служба. Когда я был юнкером в Академии Чести, у нас ходили настоящие легенды об этих людях.
– Было-было, все такие мрачные и таинственные ребята на службе Его Величества. О них никто ничего не знает, зато они знают всё обо всех. Видишь, я тоже кое-что слыхал из этой песни.
– Зря иронизируешь, – хмыкнул сыщик, – Паутина существует. Может они и не всеведущи, но осведомителей по стране у них хватает.
– И не только осведомителей. Вот, гляди, – газетчик выложил рядком несколько листов, – здесь говорится, что господин Мейер убивал опасных для власти людей. Он был исполнителем, и послужной список у него получается внушительный.
– Ещё и тайные убийства, – барон помрачнел. – Но я уже не удивлён: чем больше узнаю о тех, кто правит королевством, тем больше всплывает грязи. Тогда нет ничего удивительного, что ему за особые заслуги выделили землю на старом кладбище, ведь там уже давно не хоронят абы кого.
– Помнишь, что сказал отец Клаус перед тем, как окончательно упокоил приведение?
– Что-то на счёт хорошей службы Короне. Сказал, что пора бы уже упокоиться с миром.
– Вот! – радостно воскликнул Ирвин, не в силах удержать восторг от разгаданной тайны, – А это книга из архивов Тайного Прихода, видишь? Фактически, это дневник какого-то борца с нечистью, как покойный святой отец. Там просто уйма всего о разных тварях!
– И что это нам даёт? Прошу, говори как можно проще, голова уже трещит, – фон Ройх помассировал виски, пытаясь отогнать дремоту.
– Здесь сказано, что призрак – есть суть душа человека, обременённая незавершённым делом. Похоже, что это Альберт Мейер был тем ещё трудягой! Он не пожелал прекращать работу даже после смерти, и принялся вырезать тех, кто совершал преступления против Короны и жителей города.
Барон встал, и потянулся. Затем заложил руки за спину, и прошёлся вокруг стола. Выглядел он таким же бодрым, как муха в заморозки.
– Но храмовники не знали, что Мейер стал Стилетом после смерти?
– Похоже, что нет. Знаешь, нелегко догадаться, какой из покойников вздумал поубивать народ после смерти! Даже если разбираешься во всей этой мистической бесовщине, – репортёр потряс старинным дневником. – Клаусу потребовалась помощь Сибии, чтобы найти убийцу. Вот только есть одна деталька. Маленькая такая, но жутко любопытная.
Кристан остановился, и приподнял одну бровь, демонстрируя интерес.
– Тут имеется приписка. Совсем свежая. Собственно, это скорее набор закорючек и схем, я такие сам люблю рисовать, когда думаю. Почерк точь в точь как у отца Клауса с других документов. Старый хитрец размышлял о том, что призрак мог появиться не сам по себе. Вроде как, его могли заставить убивать какой-то… чародей, колдун.
– Хочешь сказать, тут замешан кто-то ещё? – голос молодого барона стал трескучим и жёстким. – Некто убивал людей руками Стилета?
– Может да, может нет. Это лишь догадки отца Клауса.
– Ладно, пока оставим домыслы. У нас сейчас имеется дело гораздо важнее: монстр, убивающий людей десятками. Увы, ничего толкового на эту тему мне в бумагах не попалось. А у тебя есть что-то кроме сказок о призраке?
– Я ищу, не всё сразу, – журналист попытался спрятать укол вины за улыбкой. – Просто мне было так интересно, что стоит за этой историей…
– Ирвин!
Тот развёл руками.
– Знаешь что, – вздох Кристана перешёл в зевок, – к тёмным богам эту маскировку! Я пойду поищу лавку, и куплю немного кофе или чая, иначе свалюсь прямо здесь.
– Это ты про то, что днём не стоит разжигать огонь? Мы просидели до утра со свечой, терять уже особо нечего.
– Надеюсь, все решат, что в доме прячутся какие-то бродяги.
– И будут правы, это мы, – засмеялся газетчик.
– А ты ищи только полезное, – он в упор посмотрел в глаза репортёру. Тяжело так посмотрел, без улыбки. – У нас мало времени. Не нужно быть Сибией, чтобы понять – ночью охотник продолжит убивать. Может быть, он доберётся до нас, а может до кого-то ещё. Но Аренгальд становится всё более и более безумным. Надо это прекратить.
