— Если захочешь покинуть башню, сначала свяжись со мной.
— Ты же знаешь: я слишком труслива для прогулок в одиночестве. — Смогу ли я
сделать это сегодня ночью?
— Верно, — поцеловав Беттину в лоб, Каспион переместился прочь.
Поднимаясь на лифте, девушка размышляла о словах Каса про вычисление
слабостей вампира. Демон не сможет подобраться к Дакийскому настолько близко,
чтобы узнать что-то существенное.
А я смогу.
Беттина вошла в роскошную комнату, сняла плащ и маску и крикнула:
— Я вернулась!
— А вот и ты! — недовольно пробурчал Салем. — Важная ночь? Много событий.
Подплывая ближе, фантом самодовольно заявил:
— Я же говорил тебе, что вампир вернется. Что он сказал тебе на трибуне?
— Ничего важного.
— Ваш небольшой тет-а-тет стал предметом многочисленных пересудов. Он вел
себя с тобой, как со старой знакомой, принцесса.
— Я никогда не видела его до прошлой ночи. Тебе это известно.
— Ты держала его вещи, пока он сражался, — упрекнул Салем.
— Он навязал мне свое пальто!
— Жизнь — это то, как ты воспринимаешь реальность, крошка. Хитрый пиявка
хочет, чтобы все думали, что ты принадлежишь ему.
Крошка? Она — принцесса! Почему все забывают об этом?
Потому что она им позволяет... Ей вспомнились слова Морганы: «Своими
поступками ты учишь других, как к тебе относиться».
— Я не хочу говорить о вампире, — сказала Беттина. — Мне надо поработать. —
Девушка направилась в мастерскую, намереваясь сесть за чертежный стол.
Снова и снова она пыталась нарисовать чертеж, но каждый раз оставалась
недовольна. Необходимо создать уникальный дизайн, что-то необычное, чего патронесса
никогда раньше не видела.
Размышляя о предстоящей ночи, Беттина постукивала карандашом по губе. Как
одной и без происшествий добраться из точки А в точку Б, если она все-таки рискнет
пойти к вампиру?
Чтобы остаться незамеченной ей придется выбрать наиболее пустынный маршрут.
Идеальная формула катастрофы.
Что окажется сильнее? Панический страх... или клятва, данная вампиру?
Потягиваясь, Беттина встала, тщетно пытаясь снять накопившееся в плечах
напряжение, и начала бесцельно бродить по комнатам, продолжая обдумывать свое
положение.
В гостиной она нашла Салема. Фантом вел себя непривычно тихо и листал при
помощи телекинеза журналы о знаменитостях — роскошь, импортированную из мира
смертных.
Девушка мерила шагами комнату; Салем переворачивал страницу за страницей.
Под тиканье дедушкиных часов каждый из них продолжал свое занятие...
Ближе к полуночи Беттина вспомнила, что в ближайшее время ей необходимо
остаться одной. Но как?
— Принцесса, — Салем неожиданно завладел дверью. — Мне необходимо выйти
по делам.
— Прости? — Да, сейчас она хотела избавиться от фантома, но что если бы ей
была нужна защита? — Ты оставляешь меня? А если я боюсь, что вампир вернется?
— Сегодня я на задании.
— На каком задании?
— На куда более важном, чем защищать тебя от вампира, который никогда тебе
не навредит.
— Скажи мне, о каком задании идет речь.
— Я иду шпионить за Гурлавом, чтобы найти способ убить его, не разрушив при
этом королевство. В противном случае, можешь считать, что сегодня ночью ты
обручилась с ним.
От этой мысли Беттина вздрогнула. Прежде чем она успела задать очередной
вопрос, Салем сказал ей:
— Позже, — и телепортировался.
Беттина осталась одна. Одним препятствием, предотвращающим ее ночную
прогулку, меньше.
Дрожащей рукой Беттина налила бокал вина. Боязнь короткой ночной прогулки до
шатра вампира смешалась с беспокойством. Какие милости хочет получить Дакийский?
Что он может потребовать? Возможно, он захочет повторить то, что случилось прошлой
ночью.
Больше поцелуев, больше прикосновений.
Беттине было интересно побольше узнать о вампире... о мужчинах в целом...
об их
реакции на нее.
Если бы только она могла вспомнить свой первый сексуальный опыт более четко.
Хотя большинство воспоминаний о той ночи туманны, три вещи отчетливо врезалась в
сознание: то, как еѐ сотрясали волны удовольствия, когда его горячий рот ласкал еѐ
грудь; опьяняющие и сладкие ощущения от прикосновений к его члену и обжигающий
жар его семени.
Покраснев, Беттина отпила вина. Она знала о сексе не больше, чем двадцатилетний
подросток, а Дакийский позволил ей впервые ощутить вкус настоящей страсти.
В свою очередь она пробудила вампира, подарив ему первый вздох с тех пор, как
он застыл в своем бессмертии; могла ли Беттина надеяться, что это все, на что надеялся
вампир?
Едва ли еѐ можно назвать опытной секс-бомбой. «Сексуально неискушенная» один
из пунктов в списке ее недостатков.
Черт возьми, почему она переживает из-за этого — никто не просил вампира лезть
к ней в постель!
Хорошо, допустим, я пойду. Да, она обещала Дакийскому милости.
Но она не
обещала выполнять их вслепую. Ей необходимо установить правила сегодняшнего
вечера. И действовать так, чтобы разузнать о вампире как можно больше информации и
помочь Касу.
Салем разузнает все о Гурлаве; а я возьму на себя вампира.
Ее беспокойство может оказаться напрасным. Скорее всего, она застынет на
выходе из замка, не способная сделать ни шагу вперед. Или обещание заставит ее —
