– Отпусти его. Климко со мной, остальные ждут здесь!
– Может, пойдем на улицу? – прикрывая нижнюю часть лица рукой, спросил Федорчук.
– Командир приказал здесь ждать, значит, так и будет, – строго сказал Титович и с деланым интересом заглянул в двери напротив.
– Там ничего нет, – тусклым голосом сообщил санитар, оставшийся с ними.
– А что это за барахло? – продолжая глядеть в комнату, спросил Титович.
– Одежда покойных.
– Так много? – ужаснулся Сидорук, заглянувший через плечо Титовича.
– Это только часть, – разговорился санитар, родившийся заново. – В соседних комнатах то же самое.
– Мать честная! – Двигаясь по коридору, Тит качал головой. – Это же сколько москали наших хлопцев положили?
Однако за следующей дверью он увидел нечто такое, что заставило его войти в помещение. Все потянулись следом.
Комната была завалена сотовыми телефонами. Они лежали на столе, на подоконнике и даже на полу. В углу на табурете сидел солдат. При виде вооруженных людей он вскочил и стал тереть красные глаза.
– «Говорить не могу, воюем, все отлично, скоро буду дома», – вслух прочитал Шуфрич надпись, сделанную на стене краской.
– Это что все значит? – спросил Титович. – Мародерничаете?
– Нет. – Солдат замотал головой. – Командир приказал…
– Что тебе приказал командир?
– Отвечать на звонки.
– Какие звонки?
– Эти телефоны… – Солдат замялся и побледнел.
– Ну! – прикрикнул Титович.
– Не велено говорить.
– Это что же за тайна такая? Не скажешь добром, заставлю по-другому.
Неожиданно один из телефонов издал мелодичную трель.
– Чего не отвечаешь? – спросил Тит.
– Не надо. – Солдат потупился. – Как только телефон замолчит, я должен отправить СМС на этот номер. Вон текст. – Парень показал на стену.
– Так что же получается! – возмутился Шуфрич. – Это телефоны убитых?
Солдат кивнул.
– Это вы так родных дурите, будто они живы? – догадался Титович.
– Да я тебя сейчас!.. – Климко направил на солдатика автомат, но Титович положил руку на ствол.
– Не надо. Он ни при чем.
– Это столько убитых? – оказавшись в коридоре, промямлил Сидорук.
– Учти, что не у всех телефоны были, – сказал кто-то.
– Да и больниц в городе много.
Все потянулись к выходу.
Федор Степанович почувствовал, что его окатили водой, икнул и застонал.
«Лучше бы я умер!» – подумал он, однако тут же охнул от удара в спину и услышал:
– Встать!
Подполковник СБУ разлепил глаза и увидел мокрый пол, ножки стола, решетку беседки и деревья, подступившие к ней. Пытаясь понять, били его или нет, он стал скрести руками по доскам, попробовал подняться.
Кто-то схватил его за отворот пиджака и с силой рванул вверх.
Перед глазами Федора Степановича поплыли алые круги с ярко-желтой каемкой, а глаза вылезли из орбит. Он схватился за узел галстука, попытался оттянуть его и вдохнуть хоть немного воздуха, однако его снова ударили в спину и стали тянуть сильнее.
Морочко ощутил себя тряпичной куклой и оказался на ногах. Только сейчас он понял, что его подняли с пола два охранника, а сам Коломский стоит напротив. Продолжая держать Федора Степановича, один из парней поддел ногой стул, ловко поймал его свободной рукой и поставил рядом. В следующий момент оба громилы, не сговариваясь, с силой опустили его на деревянное сиденье.
– Ожил? – задумчиво глядя в глаза Федора Степановича, то ли спросил, то ли констатировал Коломский.
– Я прошу!.. – Федор Степанович умоляюще сложил руки на груди. – У меня жена, дети…
– Пошли вон! – буркнул Коломский, дождался, когда парни уйдут, снял очки, положил их на край стола, близоруко сощурился и спросил: – А чего ты переживаешь насчет детей?
– Как они без меня? – Подполковник, готовый расплакаться, снова громко икнул.
– Дети у всех есть, – продолжал развивать свою мысль Коломский. – Вот и у моего друга Рахильского они были, но ты о них не думал.
– Я дурак! – Федор Степанович обхватил голову руками и стал раскачиваться из стороны в сторону. – Поверь, ошибка вышла.
В беседке воцарилась тишина.
Морочко сидел, затаив дыхание. Ему казалось, что вся природа вместе с ним ждет вердикта олигарха. Как-то враз перестали шуметь ветер, щебетать воробьи. Даже муха улетела со стола бесшумно.
«Это конец!» – подумал он и вздрогнул.
– Сейчас я тебя не трону, – принял решение Коломский. – Но ты не радуйся. Как говорится, будем посмотреть. И не вздумай прятаться! – Он выдержал паузу, давая размякшим мозгам Федора Степановича переварить сказанное. – Я тебя где угодно достану!
– Верю! – Подполковник закивал. – Спасибо большое!
– Благодарностью ты не отделаешься. – Коломский провел ладонью по бороде. – Отработаешь свой косяк.
– Спасибо! – словно заевшая пластинка, повторил Федор Степанович.
Коломский взял за спинку свой стул, резким движением подвинул к себе и сел.
– А сейчас слушай и запоминай!
– Запоминаю! – почти выкрикнул Федор Степанович.
– Да ты сядь! – приказал Коломский уже мягче.
– Ах да! – Опасаясь снова приземлиться мимо стула, Федор Степанович для верности ощупал сиденье, потом медленно опустился на него.
