— Любил, — подтвердил Вадим, — да и сейчас люблю. Вот только любила ли она меня когда-нибудь, это большой вопрос. Сам посуди, ну что ей стоило всего лишь выслушать меня, дать возможность объясниться? Разве я не заслужил хотя бы этого? Но нет, ей проще было сбежать, начать новую жизнь и сделать вид, что меня просто не существует. Согласись, не похоже на любовь?
— Соглашусь, — осторожно ответил Антон Львович. Он хоть и понимал чувства сына, но всё равно хотел обернуть ситуацию в свою пользу. А для этого ему необходима была свадьба сына, которая, теперь казалась невозможной.
"Может, мне самому поговорить с этой Ириной, — задумался мужчина, когда Вадим ушел к себе, — предложить ей денег? Хотя, если девица закусила удила, лучше не давить на неё. Мало ли чем всё это может закончиться…"
Тем же вечером, готовясь ко сну, Антон Львович беседовал со своей супругой.
— Видимо, придется объявить, что свадьбы не будет, — пожаловался мужчина, — или будет, но попозже. Придумать что-нибудь… Типа невеста приболела или ещё что-то.
— Плохо, — резюмировала Светлана Марковна, — Вадим, конечно, удружил нам…
— А он то здесь причем? — удивился Антон Львович, — ты ведь знаешь, что он невиноват. Алиса всё подстроила… Слушай!
Мужчина вдруг встрепенулся, словно ему в голову пришла потрясающая идея.
— Что такое? — насторожилась Светлана Марковна.
— Может, надавать на Баженова? Пригрозить ему, что расскажем журналистам, что натворила его доченька? А взамен на молчание, он замолвит за меня словечко. Что думаешь?
— Антон! Ты хоть понимаешь, с кем собрался тягаться? К тому же, разве ты не знаешь, как Анатолий любит свою дочь? Да если он узнает, что мы угрожали Алисе, то прихлопнет нас, как букашек. И плакали все наши планы…
— Да уж, — Антон Львович мгновенно погрустнел, — ты права, с ним лучше не связываться.
Светлана Марковна молча покивала, и взяла с тумбочки журнал, чтобы почитать немного перед сном. Но первая же страница её озадачила:
— Смотри, — буркнула женщина, демонстрируя фотографию Вадима и Иры, — даже здесь пишут про предстоящую свадьбу. Ума не приложу, как нам лучше поступить.
И тут женщина перевернула страницу, и увидела фотографию Анны Петровны и Глеба Сергеевича с дочерями. Под изображением следовала краткая информация о семье Тарасовых, и о том, какой Вадим молодец, что полюбил простую девушку. "Настоящая сказка о Золушке", так гласил заголовок, но Светлану Марковну интересовало вовсе не это.
— Ира и Дарина ведь близнецы! — воскликнула женщина, — одинаковые, словно две горошины!
— Ну и что? — Антон Львович передернул плечами и изумленно посмотрел на жену, — только не говори, что ты хочешь поменять их местами…
— А что тут такого? Сыграем свадьбу, Вадим и Дарина поизображают любовь какое-то время, закончится твоя кампания, они разведутся. И мы забудем об этой семейке навсегда.
Антон Львович был шокирован предложением супруги.
— Ну… нет. Это слишком рискованно. А если кто-то узнает правду?
— Кто? — фыркнула Светлана Марковна, — Алиса будет молчать, Дарина тоже. Родителей мы можем припугнуть, остается только Ира. Но, учитывая, что она даже не может поговорить с Вадимом, вряд ли она что-то предпримет.
— А с чего ты взяла, что Дарина согласится?
— А кто её будет спрашивать? Она у нас на крючке, начнет артачиться, сразу же припугнем её тем, что Вадим напишет заявление. Ну или денег дадим на худой конец. Девица в них явно заинтересована. Самым сложным будет убедить Вадима… Но я поговорю с ним, постараюсь доказать ему, как для тебя это важно.
Но оказалось, что сделать это не так-то просто. Вадим, выслушав мать, с удивлением покрутил пальцем у виска.
— Вы с отцом там белены объелись, что ли? Что это за дурацкая идея? Да я никогда на это не соглашусь.
Но Вадиму не стоило спешить с ответом. Ведь Светлана Марковна вместо угроз и истерик поступила иначе. Она тихим и вкрадчивым голосом принялась убеждать сына действовать в интересах благополучия семьи. И в конце концов Вадим согласился. К тому же и Светлана Марковна, и Антон Львович клятвенно пообещали молодому человеку, что после того, как все закончится, они больше никогда не станут лезть в его жизнь.
— Это наша последняя просьба, сын, — торжественно заявил Антон Львович, — и если ты согласишься, то впредь мы с матерью не будем вмешиваться в твои дела.
