Они камнем пробили облака и устремились к земле. Ар’ак’ша и Ахена уже набирали высоту, чтобы подхватить их. Вместе тройке призраков удалось остановить падение и аккуратно приземлится. Лилия ожидала лича на земле — одна, без духов.
— Элье ла анта’килмэ инье, - вздохнула дриада. - Инье кэ кар’мине ма таварикуэт кэ кар, ай илкуэн таварирья йалумэ ингем — нивэнуру ракко. Тавари апалумэ энутл’валарья а кар’таварикуэт индо апа нурурья. (эльф. «Вы не оставляете мне выбора… Я могу лишь сделать последнее, что остается шаману, когда все его духи побеждены — предсмертное проклятие. Духи восстановят свои силы и исполнят волю шамана даже после его смерти.»)
Она сложила ладони перед грудью и произнесла:
— Линтанири малос таварил эссэ алкар, инье лайта’Амарил араноссэ йавасанти. Най кемма куйлэ, ай той лоста’йандо. Эт арэ той куалин, най кемен фир’а’лакермие укуа! (эльф. «Именем духа Линтанирского леса я благословляю яблоневые сады дома Амарил. Пусть земля живет, пока они цветут. В день же, когда они исчезнут, пусть земля умрет и не плодоносит никогда!»)
— Какой интересный ход… - покачал головой лич. - Нан сина ла мюрэ — инье йалумэ ванда норни инье йанта’танта амарил йава экспорт, энтавэ инье ла йеста’метья элье санти. (эльф. «И несколько излишний — я уже пообещал гномам, что удвою экспорт амарилских яблок, так что уничтожать ваши сады не в моих интересах.»)
— Энтавэ инье кар’синамбар майвойнэмма, - улыбнулась Лилия. - Ма элье дарта? (эльф. «Раз так, моя миссия на земле выполнена… Чего же вы ждете?»)
— Манан инье найкэ маха’лэ? - отозвался Мал Хакар, поворачиваясь к фее спиной. - Лэ туву’ма лэ махта. Апа лэ ракко инье апалумэ ла аналелья’Амарил араноссэ арда, ай инье ла йеста’метья амбар куйлэ — манан лэ найкэ фир? Энтулессэ элье мар а кер’йава. (эльф. «Какой теперь смысл тебя убивать? Ты получила то, за что сражалась. После твоего проклятия я и близко не подойду к землям дома Амарил, чтобы случайно не уничтожить жизнь на земле — что мне даст твоя смерть? Возвращайся домой и выращивай свои яблоки.»)
— Аннакуэни манен элье ла кэ ханья’хвини элдали манене инье… - печально усмехнулась фея. - Инье ла на’элье тьеллэ а акуа ла тьеллэ кэ на’аэли. Нинкуэдил куэл’силумэ а ла кэ анта’валарья инье, а эали куйлэ туэл массэ вала туэл. (эльф. «До чего же гении, вроде вас, плохо разбираются в простых слабых эльфах… Я ведь совсем не в вашей лиге и даже совсем не на том уровне, чтобы быть феей. Нинкуэдил ослаб и больше не может давать мне свою магическую энергию, а для феи конец магической энергии означает конец жизни.»)
Лич обернулся и с сомнением посмотрел на дриаду.
— Прощайте, - произнесла та, обращаясь к личу на его родном языке. - После гибели госпожи Мелодии я убеждала себя в том, что никто из нас не совершенен, что рано или поздно каждый оступится и совершит маленькую ошибку, которая будет стоить ему жизни. Но теперь, оглядываясь назад, я вижу, что исход нашего с вами боя был бы тем же, что бы я ни делала. Вы были безупречны, - фею окутал мягкий желтый свет и ее тело стало постепенно растворяться в нем, - и мне тоже позволили умереть безупречной. Спасибо.
— Смотрите, - сказал Мал Хакар призракам. - Эта эльфийка только что выиграла для своего дома почетный мир. Выиграла простеньким проклятием, каких могла бы наложить десяток за пять минут. Все остальное время она просто демонстрировала нам, что ее дух достаточно могуч, чтобы претворить ее проклятие в жизнь. Хорошая игра, полностью оправдывающая славу древнейшей и мудрейшей расы. Если бы люди могли так играть, мы бы может и не воевали бы никогда…
— Господин! - крикнул Гакир, подбегая к личу. - Из леса появился большой отряд эльфов. Мы отрезаны от крепости. Их не менее пяти сотен!
— Что ж, похоже воевода Балафиэль наконец решила сразиться с нами в открытую… - произнес Мал Хакар. - Уже третий хороший гамбит за сегодня.
***
