-- Да знаю я! -- огрызнулась Нэлисса. -- Это... от безысходности. Но про Владыку правда, и не вздумай спорить. У него действительно есть какой-то дар, который позволяет ему знать обо всем, что происходит во дворце.
Я и не думала спорить. О том, что Владыка Нимтиори владеет неким особым даром -- не колдовским, как утверждали чародеи, к магии эта его способность никакого отношения не имеет, -- было известно: скрыть от него что-либо, происходящее на территории дворца, не представлялось возможным. Потому и посольства предпочитали останавливаться на столичных постоялых дворах, чтобы иметь возможность посовещаться без пригляда. Впрочем, надуть Владыку все равно никому не удавалось -- помимо дара он обладал еще и недюжинным умом и был искусен в дипломатических хитросплетениях.
-- А что ты переживаешь раньше времени? Может, он тебе понравится? Достаточно молод, умен... Портретов не видела, но может, и собой хорош...
-- Что ты такое говоришь! -- Нэл экспрессивно воздела руки к потолку, но тут же уронила их, обмякла вся, словно из нее стержень вынули.
-- Только не говори мне, что ты всерьез влюблена в Ианнара! Или?.. Не могу поверить.
-- Я тоже не могу, -- горько усмехнулась принцесса. -- И вообще... я сама не знаю, что со мной происходит. Сначала эта была просто игра. Понимаешь, наша общая игра. Я знала, что нравлюсь ему, но не настолько, чтобы он потерял голову. И он мне... не настолько. Мне неизвестны его настоящие цели, но я всего лишь хотела, чтобы... это случилось с тем, кого я выберу сама, прежде чем меня отдадут чужому мужчине. А теперь... Я себе представить не могу, что кто-то другой прикасается ко мне... -- Нэлисса всхлипнула сдавленно, а потом разразилась рыданиями.
С немалым трудом мне удалось заставить ее подняться и увести в спальню -- еще не хватало, чтобы кто-нибудь явился на шум и обнаружил принцессу в таком плачевном состоянии. Едва ли нам удалось бы скрыть причину ее слез, а если бы она еще и высказалась в запале неосторожно...
Пришлось влить в нее хорошую дозу успокоительного со снотворным эффектом. Неудивительно, что принцесса не только пропустила ужин, но и не шелохнулась, когда ближе к полуночи через подоконник легко перемахнул Ианнар.
С магом мне пришлось объясняться самой. Он выслушал меня с мрачным видом, кивнул, коснулся щеки девушки невесомым поцелуям и исчез, растворившись в заоконной темноте.
С утра принцесса была мрачна, задумчива, но от вчерашней истерики не осталось и следа.
После завтрака явился учитель -- вопреки обыкновению, без привычной папки с записями -- и пустился в пространный рассказ о 'дивных странах, полных чудес'. Нимтиори не упоминал, но и без того было ясно: ему поручено мягко намекнуть принцессе, что где-то там, за горизонтом, есть страны, где тоже можно жить. Пожалуй, с этими намеками он слегка припозднился, даже если не учитывать то, что принцессе уже известно о том, какую участь ей готовят. Словом, ничего нового учитель нам не поведал, а иссякнув по истечении пары часов, торжественно попрощался, заявив, что это было последнее его занятие и он страшно горд, что ему довелось обучать саму принцессу, но его высокородная ученица умна не по годам и умудрилась в столь юном возрасте превзойти своего наставника в науках...
Нэлисса слушала эту неприкрытую лесть, едва заметно кривила губы в брезгливой гримасе, но не спорила -- дождалась конца словоизвержения, вежливо поблагодарила и вышла из классной комнаты, лишь за порогом позволив себе выдохнуть и пробормотать сквозь зубы:
-- Наконец-то мы избавились от этого занудного болвана!
Облегчение принцессы я полностью разделяла. Часы, проведенные в классе, мы воспринимали не иначе, как потерю времени, которое можно было бы потратить на более приятные и полезные занятия.
Однако сейчас время шло к обеду, а после него -- к ожидаемой с заметным нетерпением прогулке. И скрыть от меня это нетерпение Нэлисса не могла. Она и не стремилась.
-- Что ты сказала Ианнару?
-- Ничего особенного: ты получила неприятное известие, понервничала, и мне пришлось напоить тебя успокоительным. Я не знала, насколько откровенной могу с ним быть.
-- Что ж, значит, я расскажу сама. Так даже лучше.
Подслушивать разговор мага и принцессы я не стала -- они опять перешли на шепот, а мне не хотелось нависать над ними, лишний раз вызывая недовольство Нэлиссы. Впрочем, я не тревожилась. О да, на моих глазах рождался заговор, это несомненно, но я была уверена, что мне, так или иначе, придется стать его соучастницей, и некоторые в некоторые детали меня посвятят, а об остальных -- ничего не поделаешь! -- придется догадываться самой.
