— По правде, мне бы хотелось, чтобы сегодня дежурил Ямато-сэмпай: я знал, что ты меня не поддержишь и жестко отреагируешь…
— Наруто, — хмурясь, произнес Неджи, — этот мальчик — предатель и убийца, ты должен объявить его нукенином и отдать РЗО соответствующие приказы.
— Я не могу, — ответил Седьмой. — Что-то мешает мне… интуиция, может быть.
— Ты эту привычку — ставить собственные решения в зависимость от предчувствий — заимствовал у Шестого вместе с кабинетом?
— Просто я вспомнил другого парня его возраста, который тоже едва не стал нукенином, поддавшись своим эмоциям, — неохотно признался Наруто, поднимая ярко-голубые глаза на координатора.
Неджи слегка побледнел и сказал:
— Договаривай то, что хотел.
— Ты тогда едва не убил Хинату. Ты бы сделал это, я знаю, если бы джонины не остановили тебя.
Наруто понимал, что наносит удар в самую главную болевую точку Неджи, и ему не хотелось этого делать, но он считал, что так защищает Расуку. Хьюга сохранил внешнее спокойствие, хотя взгляд его сделался ледяным.
— Не смотри на меня так, даттебайо! — рассердился Наруто. — Ты знаешь, что Хината простила тебя! И если я говорю об этом, то не для того, чтобы тебя упрекнуть! Все мы знаем, что ты строго судишь людей, но себя судишь еще строже. Поэтому я спрашиваю тебя: кем бы ты был, если бы…
— Преступником, — ответил Неджи. — Убийцей. И понес бы вполне заслуженное наказание.
— Так ты не хочешь дать шанс этому парню?
— А почему ты спрашиваешь? Хокаге-доно, ведь я не могу оспаривать ваши приказы.
«Хочу дать шанс и тебе», — подумал Наруто.
— Сам объявишь или мне это сделать? — хмуро спросил Седьмой.
— Сам объявляй, — Неджи поднялся со своего места, — я не собираюсь испытывать чувство вины за всех тех, кого убьет этот бедный мальчик, пока ты его щадишь.
Хьюга вышел из кабинета немного проветриться, предоставляя Резе заменить его на посту. Он не хотел в этом признаваться, но его интуиция тоже подавала сигналы: что-то зловещее было связано с именем Абураме Расуки. На улице шел дождь. Неджи постоял немного, слушая, как по мостовой хлещет ливень, и понял вдруг, что ему наскучила эта работа. С удивлением он ощутил внутри желание мчаться куда-то, покрывая большие расстояния, использовать бьякуган, пока не истратится чакра, испытывать лишения и преодолевать собственные слабости. Неужели он соскучился по службе в РЗО? В эту минуту Неджи понимал Кенару.
— Я закончил, — сказал Наруто, поднимаясь со стула.
— Послушай, прикажи доставить Сэнго в Коноху и сдать ее дознавателям. Похоже, это самый быстрый способ узнать, что на самом деле произошло.
— Так и сделаю, спасибо.
Наруто заглянул в глаза Неджи и с облегчением увидел, что тот несколько смягчился. Хината была права, когда говорила, что у ее брата сложный характер, но сильно развитое чувство внутренней справедливости, и если дать ему время, он сам придет к нужному решению. Права, как всегда.
========== Глава IX. Рука гнева, рука страха ==========
Комментарий к Глава IX. Рука гнева, рука страха
Следующая часть будет последней.
Городок казался смешением ярко-синей, темно-синей и белой краски, крупные пушистые снежинки медленно укрывали дома и дороги. Молодые люди стояли у скамьи, неподалеку от входа в гостиницу, освещенные изогнутым фонарем в форме колокольчика. Девушка скинула капюшон, и ее пушистые русые волосы постепенно покрывались снежинками. Пара белых звездочек упала на длинные ресницы. Расука смотрел на ее лицо и улыбался. Он был высоким, выше Сэнго на целую голову, немного неуклюжим, но довольно милым. Девушка заметила его пристальный взгляд, слегка покраснела и заулыбалась. Она поднесла руки к лицу и подышала на белые пальцы.
— Так красиво сегодня, но очень холодно… Не представляю, каково должно быть бездомным животным в такую погоду…
— Ты думаешь об этом, потому что у тебя доброе сердце, Сэнго, — с нежностью ответил Расука.
— Вовсе нет, — куноичи смутилась еще больше, ее лицо, на котором расцветала улыбка, казалось сотканным из лепестков алой розы: щеки и губы раскраснелись на морозе.
— Хотя бы сегодня… когда мы днем прогуливались по местному рынку, ты пожалела ту старушку, которая торговала вязаньем, дала ей денег и ничего не взяла взамен. Еще постаралась сделать это так, чтобы Юу не заметил, но я все видел, — Расука улыбнулся.
— Она напомнила мне мою бабулю, хотя все милые старушки напоминают мне ее, — Сэнго снова потерла руки друг о друга.
— У тебя всегда пальчики мерзнут…
— Да, сэнсэй говорит, что это из-за проблем с концентрацией чакры. Но я обязательно ее улучшу!
— Я знаю. Но пока этого не случилось, — Расука достал из рюкзака небольшой сверток, — пусть они согревают тебя.
Сэнго приняла из его рук две варежки, белоснежные и пушистые, словно они были связаны из снежинок.
— Ой! Какие они милые! Спасибо тебе…
