Молодые люди раскраснелись и избегали смотреть друг другу в глаза, но так получилось, что пальцы их соприкоснулись, и какое-то время они стояли, держась за руки и глядя на воду и птиц в траве на противоположном берегу. «Отец, — смущенно улыбаясь, думал Сейджин, — кажется, я все сделал правильно…»
Когда Кайса ушла, Какаши так и остался стоять на том же месте в коридоре. Ему казалось, что он все еще слышит ее слова: «я думаю, нам надо попрощаться сейчас навсегда», — и горячая волна возмущения и гнева поднималась в его груди. До сегодняшнего дня, как ему казалось, между ними не было ни одной запретной темы, ни тени недопонимания или обиды. И вот теперь Кайса отталкивала его, не желая ни объясниться толком, ни дать ему возможности разобраться в ситуации. А что, собственно говоря, произошло?
Они дружили двадцать лет, познакомились еще когда Какаши служил в АНБУ и никогда не имели претензий друг к другу. Без вопросов оказывали друг другу услуги: одалживали деньги, делились всем, что имели, добывали необходимую информацию, помогали заметать следы и выслеживать врагов, кроме того, оба любили поболтать и посмеяться и даже немножко посплетничать. Их привлекали друг в друге здравый смысл, чувство юмора и накопленный со временем большой жизненный опыт. Впрочем, еще на ранних этапах знакомства эти два шиноби подметили друг в друге особое качество: ничему не удивляться, быть готовыми встретиться с любыми людьми и ситуациями. Широта мышления помогала выживать.
Конечно, Какаши сразу разглядел в Кайсе обворожительную женщину, но столь же быстро понял, что она не для него. Потом куноичи удачно вышла замуж, хотя на их дружбе это никак не отразилось. Несколько лет назад супруг Кайсы умер, но, несмотря на то, что она его уважала и даже по-своему любила, безутешной вдовой она не стала и встречалась с другими мужчинами. Иногда влюблялась, иногда просто развлекалась, но Какаши интуитивно чувствовал, что все это не всерьез. Тем не менее своей женщиной он ее не видел и не считал, и даже в бытность Шестым Хокаге его не оставляло чувство, что ему нечего ей предложить.
В тот самый вечер, когда Какаши развлекал Кайсу историей о рождении на свет героя по имени Благодарность, он впервые и с большим трепетом почувствовал ее интерес к себе. Кайса с ним флиртовала! А когда она предложила ему тот дурацкий спор, Какаши едва не растерялся от удивления. В конце концов он решил, что ей просто скучно и у нее давно не было достойного мужчины. Прославленный шиноби не думал, что их дружба как-то пострадает от совместно проведенной ночи, и теперь не понимал, как это случилось и почему…
Со своей стороны он привык восхищаться этой женщиной и привык считать ее недоступной. Ему повезло — в силу прихоти судьбы или каприза самой Кайсы — оказаться желанным гостем в ее постели. С тех пор его чаще посещали мысли о ее красоте, мысли, которые отдавали горечью из-за своей несбыточности. «Старые друзья», — твердил он себе. Исчезая в то утро, Какаши был уверен, что выполняет ее желание, что ей будет неловко встретиться с ним, и что она бы предпочла проснуться в одиночестве.
Неужели он ошибался?!
Дверь распахнулась, и из кабинета вышел сам Казекаге.
— О, Шестой-даймё, вы все еще здесь? — спросил он с легким удивлением. Гаара всегда называл Какаши Шестым, хотя тот уже несколько лет как уступил пост Хокаге Наруто.
— Я… размышлял, — спокойно ответил Какаши.
Он стоял, засунув руки в карманы, и взгляд его казался меланхоличным и немного сонным. Оба шиноби услышали легкий стук, словно кто-то бросал маленькие камешки в стекло. Они одновременно подняли головы и увидели бьющегося об лампу мотылька.
«Хм, — подумал Какаши, — зря ты прилетел сюда, приятель, печальный ждет тебя конец».
Гаара взмахнул рукой, создавая лапу из песка, которая взметнулась под потолок, одним концом отперла и распахнула круглое окошко, а другим подтолкнула к нему мотылька. Несчастное существо выпорхнуло на свободу. Казекаге закрыл окно и развеял песок.
«Так просто…» — подумал Какаши.
— Мой день окончен, и вам тоже советую пойти отдохнуть, — вежливо попрощавшись, Гаара ушел.
Бывший Шестой Хокаге вздохнул и устало оперся плечом о стену.
Под покровом темноты Кайса-сан забралась на самую высокую башню в городе, хотя Казекаге настоятельно не рекомендовал шиноби скакать по крышам, за исключением случаев самой острой необходимости. Но как же куноичи ощущала эту необходимость! Дул юго-восточный ветер — тот, что приносил морской воздух вместо песка и пыли, — и нес по небу низкие темные тучи. Под порывами этого ветра черные, как смоль, блестящие волосы Кайсы развевались за спиной и, зачесанные на левую сторону, то и дело перекидывались через плечо и закрывали лицо. Длинное одеяние цвета морской волны с разрезами на подоле и рукавах овевало стройную фигуру, хлестало женщину по голым ногам, вздымалось то вверх, то в стороны.
