– Не советую. Видишь, вон глаза видеокамер на нас смотрят? Между прочим, со всех сторон. На меня смотрят, на тебя и на всю твою кодлу. И записывают. А достать записи ты не сможешь, потому что дом на сигнализации. Так что если тебе надоело быть на свободе, можешь меня замочить. И сесть на пожизненное. А уж мой отец постарается, чтобы там тебе было очень «весело». Сечешь?
– Секу, – угрюмо буркнул Крапива. – Топай. Но чтобы без обмана!
– Может, клятву какую тебе дать или жменю земли сожрать? – С этими словами Глеб отомкнул калитку и зашел во двор.
Сердюк было дернулся идти за ним, но Крапива его остановил.
Глеб пробыл в доме недолго. Вернулся он с картой в левой руке. А в правой держал помповое ружье.
– Давай сюда Федора! – сказал он резко.
– Карту!
– Держи… – Глеб ткнул пергамент в руки Крапивы. – Только оставайся на месте! И пришли Федора.
Ружье находилось в метре от живота Крапивы. Сердюк стоял чуть сзади и беспомощно хлопал ресницами – помочь боссу он не мог. Крапива внимательно осмотрел карту и, убедившись, что она подлинная, спросил:
– А как называется местечко, на которое эта карта указывает?
– Может, тебе еще отдать и ключи от квартиры, где деньги лежат? – съязвил Глеб. – А если по правде, то я понятия не имею, что это за остров, – соврал он с честнейшим видом. – Потому как не успел разобраться. Все, хватит бла-бла! Давай Федора!
Крапива кисло поморщился и подал знак рукой. Видимо, такая сделка не очень его устраивала. Но делать было нечего: пообещал – изволь выполнять. Крапива точно знал, что Тихомиров-младший в случае обмана ни на миг не задумается перед тем, как нажать на спусковой крючок.
Хлопнула дверка джипа, и взъерошенный Соколков едва не бегом припустил к воротам.
– Зайди во двор! – приказал ему Глеб; Федюня без лишних слов повиновался. – Ну что, ты доволен? – спросил он Крапиву.
– Более чем… – сдержанно ответил Крапива. – Извини, коллега, такова жизнь. Ты себе еще чего-нибудь откопаешь. А у меня нынче кризис. Надо как-то крутиться.
– Крутись. Найдешь что-нибудь ценное, могу купить.
– Правда?
– А когда я врал? И цену хорошую дам. Если честно, то мне сейчас не до поездок в «поле». – Глеб сказал это с грустным видом и тяжело вздохнул. – У меня другие проблемы.
– Науку двигаешь? – с пониманием спросил Крапива.
– Угу…
– Что ж, каждому свое… гы-гы… Ну бывай.
– Пошел к дьяволу!
Крапива довольно хохотнул и потопал к машине. Подождав, пока джип отъедет подальше, Глеб загнал «ауди» во двор и закрыл ворота. Федюня сидел на корочках возле гаража, уткнув лицо в колени, и скулил, как побитый щенок.
– Чего нюни распустил? – спросил Глеб.
– Гад я, гад! Такую лафу… своими руками… этим тварям отдал! Может, раз в жизни козырный фарт подвалил, а я… Убей, застрели меня! Я жить не хочу!
– А выпить перед смертью хочешь? Похмелиться? А то Зойка сказала, что ты два пузыря водяры вылакал и бутылкой винца шлифонулся.
– Брешет! Ей-ей, брешет! Один пузырь… ну и еще чуть-чуть. А вино было совсем слабым, кислятина.
– И этого оказалось достаточно, чтобы ты распустил перед нею хвост, как павлин, и начал распинаться о своих «подвигах».
– Виноват… Зойка-стерва хоть кого расколет на исповедь! Зараза!
– На себя пеняй. Болтун – находка для шпиона. Пойдем в дом, примешь душ. А то от тебя козлом прет. Отирался среди козлищ, вот и запах от тебя, как из выгребной ямы. А насчет карты не бери в голову… – Глеб хохотнул. – Чтобы ее прочитать, нужно башку иметь на плечах, а не тыкву, как у Крапивы.
– Но ведь он узнал про Чертов Город!
– Многие о нем знали. И что? Пусть попробует сунуться в подземелье. Во-первых, там еще не выветрился ядовитый газ; он тяжелый и держится долго. А во-вторых, я совершенно не сомневаюсь, что Крапиву ждут в подземных ходах многие сюрпризы. Покруче тех, что нам достались. Среди тамплиеров было немало искуснейших алхимиков и гениальных механиков. К сожалению, свои изобретения они старались держать в тайне. Так что хотел Крапива приключений, он их и получит. Тем более что знаки тамплиеров, по которым мы шли, он не знает. Лабиринт под городищем – будь здоров, пусть поплутает. А там посмотрим. Время терпит. У нас другая задача, более важная. Что касается Черного Города, то он наш, и мы никому его не отдадим. Придется драться – что ж, и это мы можем. Я не прощу этому наглому козлу его выходку. А на мои обещания Крапиве можешь плюнуть. Как говорится, было бы сказано…
– Спасибо тебе, Глеб. Ты человек… Выручил меня. – Федюня поднялся и охнул, схватившись за бок. – Про карту я не говорил у Зойки, но они били меня…
– Любой бы на твоем месте рассказал все, что знает. Уж поверь мне. И потом, никакие сокровища не дороже человеческой жизни. Деньги – дело наживное. Все, разговор закончили! Сегодня отдыхаем, а завтра в путь.
– Ты… ты разобрался в карте?!
– А то как же. Я ведь Тихомиров. А мы, Тихомировы, такие.
– Ну, блин… – У Федюни не хватило слов, чтобы выразить все то, что он испытывал.
– Только я не скажу тебе, куда мы едем. Это чтобы не пришлось потом рубить твой длинный язык.
– Заметано!
Они дружно, с облегчением, рассмеялись и пошли в дом.
