- Мой король, у нас нет по-прежнему никаких...
- Доказательств? - король снова вскочил и стал гневно расхаживать по комнате. - Не начинай ту же песню, Фагайр, мы уже это много раз обсуждали! Я знаю, что он там, я уверен в этом!
Советник хладнокровно воспринял эту новую вспышку гнева, видно было, что он привык к такому поведению своего короля.
- И все же, Ваше Величество, может все-таки стоит внять голосу разума и...
- Хватит! - закричал Траугил, нависая над своим низкорослым собеседником. - Довольно этих россказней! Я тут король, и мои решения не подлежат обсуждению!
Маленький человек пожал плечами.
- Как скажете, Ваше Величество. Мое дело - лишь советовать.
Король вздохнул, провел дрожащей рукой по бороде и посмотрел на Фагайра уже более спокойным взглядом.
- Да, я погорячился, извини, Фагайр. Не будем больше возвращаться к этой теме.
Советник поклонился.
- Итак, - продолжил Траугил, - Что же слышно из Северной Империи?
- Все как обычно, Ваше Величество, благость и процветание. Когда было иначе?
Король снова вздохнул.
- Да, эти зандерлинцы знают, как благоустроить свою страну. Мы, наверное, никогда этому не научимся. Хорошо, что Империя не проявляет к нам никакого интереса. Не хотел бы я иметь такого врага или союзника.
- Возможно, вы очень сильно ошибаетесь, Ваше Величество, думая, что Зандерлину нет дела до наших дрязг с Кальтирой. Я очень удивлюсь, если Империя не воспользуется развязанной вами войной и не заявится сюда со своей панцирной пехотой, в качестве "умиротворителя". Не думаю, что мы сможем противопоставить что-нибудь этому, когда будем ослаблены. Мы и сейчас вряд ли могли бы успешно соперничать с Зандерлином.
Король подошел к стеллажу, провел рукой по корешкам фолиантов и повернулся к советнику.
- Да... Я тоже думал об этом. Но все равно это только предположения. Зачем Империи наш не слишком большой Скальдорн? Южнее нас только дикие земли.
- Вот именно, - произнес Фагайр. - Огромные неизведанные пространства. Не думаю, что Северная Империя не хотела бы называться Великой Северной Империей.
- Все это очень возможно, Фагайр, но нам все же нужно сейчас думать о более насущных проблемах, ибо война уже началась, пусть даже эти псы из Кальтиры еще и не знают об этом.
Советник ничего не ответил. Он еле заметно покачал головой и подошел к раскрытому окну. Солнечный свет упал на его лицо, осветил морщинистую кожу, густые пепельные брови и короткий чуть вздернутый нос. В его глазах лежала печать усталости, но за ней можно было уследить глубокий и острый ум хорошего царедворца. Тонкие бледные губы были презрительно сжаты.
" Мальчик!" - еле слышно бросил он, в то время как его глаза привлекло нечто за окном. Библиотека находилась в одной из самых высоких башен замка, так что из ее окна открывался замечательный вид на город и долину, в которой он располагался. По этой долине, с юга, двигалось множество людей. Пешие, конные, повозки. Фагайр пристально вгляделся в процессию, и, не успел он развернуться, как в дверь постучали.
- Войдите! - подал голос из кресла король.
Дверь отворилась, и на пороге возник запыхавшийся человек в доспехах городской стражи, на левой стороне груди которых был заметен отличительный знак капитана.
- Ваше Величество! Вы приказывали доложить, рекруты из ульракского домина скоро будут здесь.
Лицо короля просияло, он вскочил с кресла и, оттолкнув советника, высунулся по пояс в окно. Удостоверившись в правильности сообщения, король повернулся к капитану и с улыбкой сказал:
- Спасибо, добрый Дарм, сегодня можешь отдыхать до вечера.
Капитан робко улыбнулся и, кланяясь, вышел. Траугил посмотрел на Фагайра с самодовольной улыбкой на лице.
- Ну что, старик, уже совсем скоро мы начнем войну, - сказал король, довольно потирая руки.
Старый советник лишь молча поклонился.
Глава одиннадцатая
На следующее утро караван мнимых торговцев находился уже в полной готовности. Ричард не привык подниматься рано, и потому не сразу осознал свое положение, когда кто-то стал его немилосердно будить. Однако едва его заспанным глазам предстала мрачноватая физиономия Зулфы, он моментально все вспомнил.
- Что, пора? - зевая, спросил Ричард, и блаженно потянулся.
Старик недовольно поморщился, и в его голосе послышались ворчливые нотки:
- Что это ты тут разлегся, как бездельник из храмового квартала? Подымайся давай, уже совсем скоро выступаем.
С этими словами старик отошел в сторону от походной постели Ричарда и заговорил о чем-то с пробегавшим мимо смуглым пиратом.
