Тень ушедшего полностью

От его руки по воздуху пробежала рябь – не суть, но осязаемые колебания. Дверь под его кулаком не просто треснула или распахнулась – она разлетелась в щепки сотнями острых кусочков. Изнутри послышался крик изумления и боли – как видно, одна, а то и не одна щепка воткнулась в Пила.

– Посмотреть бы, чтобы он никого не убил, – пробормотала Фесси.

Кол уже прижимал Пила к земле; здоровяк отбивался, но Кол этого как будто не замечал. Ухватив Пила за локоть, могучий авгур вывернул ему руку назад. Аша поморщилась, расслышав, как с треском рвутся связки. Вопль боли прервался, когда Кол, ухватив Пила за волосы на затылке, вбил его лицом в землю.

Дверь спальни распахнулась, показался встрепанный Теран с ножом в руке. Он на удивление хладнокровно воспринял открывшуюся ему сцену.

– Подойдешь – убью, – предупредил он Кола.

Тот, словно не услышав, в два шага оказался рядом. Поняв, что угрожать бесполезно, Теран испугался. Он отмахнулся ножом, однако Кол, нырнув под удар, перехватил его запястье и вывернул. Резкий щелчок, и Теран, выронив нож, взвизгнул от боли.

Кол как тряпичную куклу отшвырнул толстяка к стене – от удара задрожал весь дом. Аша беспокойно огляделась, но весь этот грохот не растревожил население улицы. Судя по всему, они находились в Нижнем круге, а не в богатых верхних кварталах. Здесь едва ли кто станет звать стражу.

Кол навис над корчащимся Тераном.

– Тронешь ее еще – я тебя опять найду. И если с ней опять что-то случится, кто бы ни был виноват… Я. Тебя. Убью. – В голосе Кола звучала ярость. – Я бы и сейчас тебя убил, да с трупом возиться неохота.

Лицо Терана исказилось.

– Шадрехин…

– Меня Шадрехином не напугаешь! – Кол схватил толстяка за руку, вывернул – опять затрещали связки, Теран побелел. – Ты понял?

Тишина. Кол, зарычав, еще раз дернул пленника за руку.

– Понял?

– Да, – задохнулся Теран.

Кол оттянул ему голову и с размаху ударил лицом об стену. Аша поежилась, представив, скольких зубов лишился Теран при этом ударе.

Незадачливый тюремщик рухнул замертво.

Несколько секунд великан с отвращением рассматривал упавшего. Потом Фесси выбежала вперед, обняла его за плечи.

– Нам пора, Кол.

Тот кивнул, и все четверо повернулись спиной к взломанной хибаре. Фесси бросила на парней многозначительный взгляд, и оба пристроились к Аше, чтобы та могла опереться на их плечи.

– Спасибо, – тихо проговорила девушка, обращаясь ко всем трем спасителям. Кол с Эрраном в ответ серьезно кивнули, а Фесси только улыбнулась и легонько пожала подруге здоровое плечо. Всю дорогу ко дворцу через спящий город они молчали.

Через три дня после освобождения Кол с утра постучался к ней в дверь. – Кол! – улыбнулась ему Аша, вставая из-за стола. – Заходи.

Парень неуверенно вошел.

– Ты как себя чувствуешь?

– Микал меня подлечил в то же утро, как мы вернулись, так что… намного лучше. – В доказательство Аша повращала плечом.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Кол, садясь в указанное ему кресло. Он выглядел смущенным. – Я бы раньше зашел тебя проведать, да Элосьен сказал, что тебе нужен отдых.

– И правда был нужен, – призналась Аша. Тело исцелили сразу, но сегодня она впервые, встав с постели, почувствовала себя в силах встречаться с людьми. Даже в сравнении с нелегкими последними месяцами эта неделя выдалась тяжелой.

– Представитель Алак не против?

Аша покачала головой.

– Сказал, чтобы я не спешила. – Она слабо улыбнулась, оглянувшись на толстый том у кровати. – Что, правда, не значит, что он не оставил мне занятия на случай, если придет настроение поработать.

– Похоже на него! – фыркнул Кол и оглядел комнату, заставленную букетами. – Тебя, никак, вдруг все полюбили?

– И не говори! – закатила глаза Аша. Дома наперебой выражали ей сочувствие. С самого возвращения пострадавшей сплошным потоком несли цветы и подарки.

Девушка вздохнула. Скрыть ее состояние при возвращении во дворец не удалось, да и приказ об аресте двух теней, как ни старался Элосьен обойтись без шума, навел кое-кого на размышления. Слухи разлетелись еще до вечера: Шадрехин бросается на своих, похитил единственную в городе тень, обладающую кое-каким влиянием. Твердое доказательство, что он рассчитывает не на дипломатию.

Хуже того, люди Элосьена застали дом в Нижнем круге пустым. Теран с Пилом оставались на свободе.

– Даже си’Бандин кое-что прислал, – сухо продолжала Аша, вырвавшись из неприятных раздумий. – А ведь он на меня смотрит как на больную псину – мол, не пора ли прикончить.

– Что за цинизм, Аша, – ухмыльнулся Кол. – Уверен, все дары Домов выражают любовь и заботу. – Тут его улыбка погасла, великан глубоко вздохнул и снова уставился себе под ноги. – Слушай, прежде чем начинать разговор… Я хочу извиниться. За свое поведение с тех пор, как ты сюда попала. Тебе и так досталось, а еще я вел себя, как… – он сбился.

Аша изучала его лицо.