– Хорошо. – Принцесса обернулась к Седэну. – Прости, но мне пора идти.
Седэн улыбнулся ей.
– Не сомневаюсь, что у вас есть более важные занятия, ваше высочество. Я польщен, что вы уделили мне так много времени.
Каралина ответила теплой улыбкой.
– Надеюсь, мы еще поговорим, – сказала она. – Скоро.
Бросив напоследок раздраженный взгляд на Элрика, принцесса ушла внутрь дворца.
Молодой человек повернулся было за ней, но задержался, чтобы хмуро спросить Седэна:
– И что это значит?
Ни в словах, ни в тоне не было ничего оскорбительного, однако Седэн ощутил, какое напряжение скрывается под ними, и неловко пожал плечами.
– Принцесса предложила показать мне дворец. Теперь Элрик уже не прятал злобы.
– Я не о том, – сощурился он. – Вчера она видеть тебя не могла. А теперь говорит как с лучшим другом.
Седэн облегченно выдохнул. Хорошо еще, что Элрик не заметил руки Каралины на его плече, каким бы мимолетным ни было то прикосновение.
Он с деланой растерянностью развел руками.
– Сам не знаю, почему она переменилась.
Несколько минут Элрик молча изучал его лицо.
– Пусть так, – заговорил он наконец, – однако запомни вот что. – Молодой боец склонился к нему, понизив голос: – Если я узнаю, что ты влияешь на нее силой авгура, я с этим покончу. – Он немного смешался. – Не желаю тебе зла, Седэн. Мне сдается, есть в тебе что-то… что-то особенное. Но если понадобится защитить Каралину, я выдам тебя Элосьену и королю.
Не добавив ни слова, он развернулся на каблуках и зашагал прочь, оставив встревоженного Седэна смотреть ему вслед.
В дверях таверны у Давьяна заурчало в животе. Запах тушеного мяса притягивал, хоть парень и знал, что в кармане не хватит монет на ужин.
За последнюю неделю он покрыл немалое расстояние и полагал, что таким шагом через несколько дней доберется до Илин-Иллана. Тело, укрепленное сутью, приобрело неимоверную выносливость, а если начинало уставать, он вытягивал новые силы из всего, что его окружало. С выхода из Дейланниса Давьян спал дважды, и оба раза недолго – не столько по потребности, сколько опасаясь, что столь долгое бодрствование повредит здоровью.
Но одного суть не могла: она не избавляла от чувства голода. В животе опять бурчало, в желудке сосало. Давьян огляделся. Деревушка была мала, как и таверна: всего несколько посетителей, крестьяне, если судить по наружности.
– Доброго вечера, друг, – остановилась перед ним хорошенькая служанка. – Чем могу?
Давьян поморщился. Он знал, как выглядит: встрепанный, в лохмотьях, с пустым мешком за плечами. Скорее похож на вора, чем на клиента.
– Деньги у меня кончились, – признался парень, – но я готов отработать ужин. Возьмусь за любую работу. Покормить можете, когда закончу, хотя…
– Вот и ладно, – лицо девушки смягчилось. – Попозже найдем тебе дело. Вид у тебя совсем заморенный. Садись, а я поищу, не найдется ли у повара остатков.
Давьян благодарно улыбнулся. Девушка была загляденье: длинные ноги, зеленые глаза, сиявшие в свете очага. На миг она показалась почти знакомой… Только он не сумел вспомнить, кого напоминает.
Упав на первый попавшийся стул, он с наслаждением предался отдыху, хоть, в сущности, и не нуждался в нем. Очень скоро служанка вернулась с большой тарелкой дымящегося мяса с овощами. Давьян в изумлении разглядывал угощение: в тех немногих трактирах, где его соглашались покормить за работу, еда оказывалась хорошо если съедобной.
– Сказать не могу, как благодарен, – искренне молвил он.
– В такие времена каждому не помешает маленькая помощь.
Давьян серьезно кивнул. В первом же крупном городке после Дейланниса он услышал о вторжении и с тех пор не давал себе передышки. С новообретенными способностями он мог бы помочь Вирру и остальным в войне против нашествия из-за Рубежа. Надо было попасть в Илин-Иллан, пока не стало поздно.
– Что слышно о вторжении? – спросил он между двумя ложками жаркого.
– Говорят, король Андрас выслал войско, но… Многие бегут из города. – Мило улыбнувшись, девушка присела напротив.
Давьян перестал жевать, только сейчас вполне оценив, как она хороша. Облегающее платье выгодно подчеркивало ладную фигурку, и, когда девушка наклонилась к нему, Давьян не без труда заставил себя смотреть в тарелку.
– Что король послал войско – это хорошо, – несколько рассеянно отозвался он. И, вспомнив явившееся ему в Дейланнисе видение, поморщился. – Надеюсь.
– И я надеюсь, – легко улыбнулась девушка. В ее глазах плясали веселые искорки. – Я Ишелла. Можешь звать меня Шель.
– Приятно познакомиться, Шель. А я Давин. Давьян, – смущенно поправился Давьян. Мысли путались. Ишелла улыбалась теперь иначе, с грустью.
– Ты меня не помнишь, да?
Давьян нахмурился, открыл рот, чтобы спросить, о чем она говорит, но язык вдруг отказался повиноваться, из горла вырвалось только невнятное бульканье. Лицо Ишеллы расплылось перед глазами. И тогда он с ужасом понял, что ее улыбка была не печальной – виноватой. Давьян хотел встать, но дощатый пол таверны бросился ему в лицо.
Все погасло.
