Дверь поддалась почти моментально — минуты не прошло. Лёха чуть толкнул её, приоткрыв — тишина.
— Давай, как договаривались, — шепнул он. — Только, умоляю, квартиру на ловушки проверь, не хватало засветиться, когда смежники на улице стоят…
Ловушек в коридоре не было — впрочем, я и не собирался обшаривать всю квартиру. Прихожая тут, как и у Осипова этажом ниже, малюсенькая, дверь санузла выходит в неё. Под ванной у Кёсова бардак, это даже без «светляка» видно… Я зашвырнул туда одну из костей, убедившись, что её не обнаружить при беглом осмотре — ну а сильно прятать и не надо, негодяя Егора ждёт несколько незабываемых ночей, прежде чем до него дойдёт…
Вернувшись на лестничную площадку, кивнул Лёхе и осторожно закрыл замок.
— Остальные две сожжём за городом, — негромко сказал Андреев, когда мы спускались по лестнице. — А ты опасный человек, напарник. Теперь, наверное, всех колдунов надо будет на домушничество проверять…
Обернувшись, я увидел, что он улыбается во весь рот:
— Да не дрейфь, напарник. В конце концов, идея моя была…
Из города вышли через уже знакомый южный КПП меж двумя многоэтажками. М-да, в садоводства мы ходили всего-то позавчера — а кажется, что давным-давно. Впрочем, ощущение, что машину я из канавы помогал доставать вообще в прошлой жизни — а прошла неделя, не больше.
Погода нынче гораздо лучше, чем в прошлый раз, птицы прямо заливались. Дорога тоже чуток подсохла — идти было гораздо приятнее. На востоке, правда, висела приличного размера туча, но, надеюсь, обойдётся без дождя.
— Весна, — ни кому конкретно не обращаясь, сказал Ильин. — Скоро народ на торф начнёт выезжать, направление оживёт.
— Поэтому сейчас и идём? — уточнил Лёха.
— В том числе и поэтому. Непонятки нужно решать заранее…
— А почему непонятки? — вклинился я.
— Дом выходит на реку. Дорога к частному сектору, сами вон видите, просматривается. Со Стены хорошо всё видно. Изгои тут появляются редко, а в самом частном секторе маячат. Значит, пробираются другими путями, или вообще с реки. Это и надо глянуть, пока сезон не начался…
Я сначала было решил, что Ильин любит поболтать, но потом понял: он не сказал ничего лишнего. Это не трёп — это инструктаж.
Мы вышли к покосившимся заборам, за которыми начинался частный сектор, и Ильин пропустил меня вперёд:
— Так, Матвеев, работай. Ауры, движение, что там у вас положено…
Ага, положено… После встречи с болотниками я уже не уверен в том, насколько хорошо работает обнаруживающее колдовство. Но это всё равно лучше, чем ничего.
Уходящий вперёд проулок когда-то, наверное, был проезжим, но сейчас это была сильно заросшая тропка меж двумя посеревшими кривыми заборами. Движения не видно, остаточных аур — тоже, о чём я и сообщил.
— Внимательно смотрим по сторонам, — велел здоровяк, досылая патрон и проходя вперёд. — Главное — чтобы за спиной никого не осталось…
Мы медленно шли гуськом. Пахло сыростью, гнилью, землёй. В кронах разросшихся деревьев орали птицы — как контраст к упадническому пейзажу. Впрочем, птицы — это хорошо: выходит, их никто не спугнул, а значит — и наша вылазка имеет шанс пройти тихо… Краем глаза заметил, как справа в заросшем дворе качнулись ветки — нет, это взлетели воробьи. Всё нормально.
Перед концом тропинки Ильин остановился, вытащил бинокль, осторожно, прижимаясь к заборам, осмотрел улицу в обе стороны. Жестом подозвал меня, велел сделать то же самое.
Улица — громко сказано. Когда-то, наверное, тут и две машины разъехаться не могли, а теперь было ненамного шире проулка, по которому мы только что шли… Почти вся проезжая часть заросла кустарником, стояла полутьма от разросшихся деревьев.
Я мотнул головой — ничего опасного не видно, и мы по очереди перебежали дорогу, сгруппировавшись у очередного дырявого забора.
— Далеко ещё? — тихо поинтересовался Андреев.
— Нет, — так же еле слышно отозвался Ильин. — Вон, смотри.
До дома, на который он указывал, оставалось меньше ста шагов — над забором, кое-где поваленным, вздымалась крыша. А здоровый домина, скорее всего двухэтажный… И действительно — на фоне покосившихся изб с просевшими крышами выглядит чуть ли не великаном. Похоже, и правда сохранился гораздо лучше других.
Дальше шли медленно и осторожно — я шёл первым, выискивая возможные ловушки, но их не было. Странно. А может, как раз наоборот — ловушки предполагают, что тут есть что-то, что нужно защитить. А кому нужен пустой дом?
В проулке остался Кононов, а мы выскользнули на берег, густо заросший деревьями и кустарником. Сейчас деревья голые, но и то реку толком и не видно… Вниз, к реке, уходил обрыв, и дом возвышался над ним, словно замок — он и правда оказался огромным, с десяток окон в ряд, да ещё и мезонин на втором этаже. Пространство перед самим домом заросло вездесущей сиренью.
— Смотри, — указал Ильин Лёхе, — вон тропка. Выходит явно прямо к Стене на уровне парка. Тут при желании можно под самую стену выйти… Давно пора потратиться на бульдозеры и снести хибары под Стеной метров на триста, а не как сейчас…
