Ничего не слушая, кроме сказок судьи, никому не веря, кроме собственной надежды, София направилась в Первую Зиму. Дорогу перекрыли войска Адриана — не беда, герцогиня избрала обходную тропку через Запределье. Фиорды над морем, гряда на перешейке, Подол Служанки, тропа Белых Странников, грот Косули, Первая Зима. Горный путь, пройденный сыном два года назад, София миновала в обратном направлении. Не сказать, что было легко. Если по правде, то ого как трудно. Двое греев убились. Леди Мирей упала от усталости, и ее пришлось нести. Судья бросил играть на дудке и рассказал историю, где в конце все погибли, а последняя девица всплакнула и повесилась… Но София согревалась одним: до дома рукой подать! Деточки мои! Любимый! Приду — все обнимут меня, а я подарю Ионе альбом и произнесу монолог. Невзирая на холод и тоску, София репетировала каждый вечер.
Она опоздала на день. Третьего декабря — назавтра после Сошествия — маленький отряд очутился на склоне вершины Агаты. В монастыре у грота Косули их накормили, напоили и согрели новостями: лорд Десмонд выздоровел, свирепый враг разбит наголову! Сама владычица помогла победе! Вернулись лорд Эрвин и леди Иона, и оба совершили подвиг!
Правда, в гроте Косули что-то взорвалось и кто-то куда-то упал… но это уже не волновало Софию. Одержана победа — значит, любимый снова на коне! Эрвин с Ионой не только вернулись, а и стали героями! Родные мои кровиночки… И владычица здесь — значит, разногласия окончены, мы помирились с Короной. Слава богам, все прекрасно!
Переночевав в обители, леди София отправилась в замок. Дорогою повторила монолог, перелистала альбом, с нежностью представила его в тонких пальцах дочки. Приготовилась раскрыть объятья мужу. Как давно она не видела его живым, здоровым, сильным! Почти два года София не делила с ним ложе…
В воротах они были встречены часовыми, и София с улыбкой на лице потребовала доклада:
— Верно ли, что мы победили?
— Блестяще, ваша светлость! Враги бежали, как крысы!
— Мой муж командовал войском?
— Так точно, ваша светлость! Разбил Шейланда в пух и прах!
— А сын вернулся?
— Так точно! Принес нам в помощь два Перста Вильгельма, а еще сам лично командовал решающей атакой. Был тяжело ранен, но леди Иона его спасла.
— Моя доченька вылечила Эрвина?
— Леди Иона научилась говорить с целительным Предметом. Спасла уже сотню раненых, все войско молится на нее.
Слезы радости брызнули из глаз Софии. Мой любимый, мои деточки! У меня самая прекрасная семья на свете!..
— Где найти Десмонда? — спросила София, и тут часовой спал с лица:
— Ваша светлость… вы не знали?.. Он погиб. Рихард убил.
— Герцог Эрвин София и леди Иона София, я ждала нашей встречи с большою надеждой. Тем более горько, что она происходит при столь печальных обстоятельствах. Глубоко соболезную вашим утратам.
— Благодарим вас, миледи.
— Правила этикета требуют, чтобы я ушла и позволила вам пережить горе в кругу семьи. Увы, не могу этого сделать. Мой долг состоит в том, чтобы поделиться с вами тайным знанием. Вполне возможно, завтрашний день потребует решений. Вы должны подойти к ним во всеоружии. Ваша леди-мать мечтала лично посвятить вас в тайну, но…
София ничего не видела из-за слез и смогла выдавить только:
— Говорите, леди Мирей. Я уступаю…
Принцесса Дарквотера поклонилась ей.
— Итак, мой долг — поведать то, что собиралась рассказать ваша матушка.
— Только лорду и леди Ориджин можно вас услышать? — уточнила Минерва.
— Мы больше не имеем секретов от ее величества, — твердо сказал Эрвин.
— Тогда и я не буду таиться, — кивнула Мирей.
Минерва устроилась поудобнее, с жадностью ожидая рассказа. Леди Мирей спросила позволения, набила табаком свою длинную тонкую трубку, изящно закурила.
— Мой рассказ относится к первым годам после Сошествия Прародителей. Он может показаться вам крамолой или ересью, поскольку пойдет вразрез с догматами писания. Принято считать, что Янмэй и Агата застали Поларис почти таким же, каким мы его знаем. Конечно, люди тогда были дики и бедны, но рельеф и климат, и природа дошли до нас без изменений. Увы, это неправда.
Она подала Эрвину альбом, в котором София делала зарисовки.
— Ваша леди-мать предприняла вместе со мною долгое и опасное путешествие по дальним морям. Она взяла на себя труд изобразить в альбоме тех рыб и морских существ, и птиц, и островных зверей, что попадались нам на глаза. Мы с милордом судьей можем засвидетельствовать: рисунки выполнены с большою точностью и не содержат преувеличений.
Эрвин стал листать альбом, Минерва и Иона придвинулись к нему поближе. У Софии потеплело на душе. Она с такою любовью готовила этот подарок для своих милых детей, и, наконец, он попал в их руки.
Рисунки вызвали у Эрвина скептичную усмешку — но это же Эрвин, он всегда таков! Зато Иона и Минерва буквально впились глазами в альбом. Владычица даже раскрыла рот. С лица Ионы слетела вся усталость, в зрачках зажегся блеск.
— Это… по-настоящему?
— Да, родная, — сказала София. — Я все это видела сама.
Леди Мирей давала комментарии к каждому листу:
