— Леди Мирей, боюсь, перед вами сидят трое противников нового Древа.
Она выдохнула и впервые расслабилась:
— Слава богам! Я потеряла мать и родину, и титул, но не смогла смириться с Древом. Я пришла к вам, чтобы остановить орден.
— Тогда — мы на вашей стороне.
— Я так и говорила, — София улыбнулась болотнице. — Напрасно вы боялись.
Леди Мирей сказала:
— Теперь главное. Моя мать, очевидно, делала ставку на победу Кукловода. Поскольку он разбит, Леди-во-Тьме будет искать вашей помощи. Для взращивания Древа ей нужны три вещи: Абсолют — как транспорт до Звезды; носитель первокрови — как исполнитель; и Натаниэль — носитель знаний о том, как управлять Звездою.
Минерва вскричала:
— Звездою можно управлять?! Нави умеет, и не сказал мне?!
— Прекрасно, что не сказал. Значит, он на нашей стороне и не станет орудием ордена.
— Нет, это значит, что он неблагодарный подлый лжец! Я носила его на руках, а он…
Эрвин с Ионой расплылись в улыбках:
— Матушка, мы вам тоже откроем одну тайну: ее величество познала новую страсть.
— Грязные сплетни!
— Конечно. Именно поэтому щеки владычицы красны, как спелый персик.
Минерва издала рык раненой пантеры, а леди София расплылась от умиления:
— Деточки мои…
Судья дернул ее за рукав:
— Прости, София, но я должен напомнить: не все из них твои дети.
Герцогиня возразила:
— Двое старших издеваются над младшенькой, я обязана ее защитить. Тем более, младшая была умничкой и навела порядок в долине. Ты видел, какую красоту построила к нашему приезду?
Из спелого персика ее величество превратилась в вареного рака. Обеими руками схватила чашку кофе и буквально зарылась в нее. Не показывая оттуда лица, перевела тему:
— Леди Мирей, чем мы можем вам помочь?
— Не дайте ордену то, что ему нужно. Большинство носителей первокрови погибли или бежали. В долине остались только вы с леди Ионой. Не помогайте же ордену!
— Разумеется.
— Если Леди-во-Тьме попросит у вас Абсолюта…
— Абсолют все еще у Шейланда. Но он ужасно труслив и не выпустит из рук свое бессмертие.
— Хорошо. И наконец, не отдавайте Натаниэля.
— Ни в коем случае!!! — с горячностью вскричала Минерва.
— О, еще бы, — Иона с Эрвином прыснули от смеха.
София развела руками:
— Это мои дети, они такие. Эрвин хотел сказать: Великий Дом Ориджин берет Натаниэля под свою защиту. А также вас, леди Мирей.
Принцесса Дарквотера выпустила облачко дыма.
— Премного благодарю вас. Полагаю, нам понадобится обоюдная защита.
С этими словами она вручила Эрвину второй альбом.
— Здесь описаны все виды оружия Дарквотера, известные мне. Изучите их тщательнейшим образом. Моя мать приедет не с пустыми руками.
Иона сладко потянулась в постели. Безумно приятно было выспаться! Каждая частица тела наполнилась счастьем долгожданного отдыха. Кажется, она проспала целую вечность, и повалялась бы еще одну.
Открыв глаза, Иона увидела брата с Минервой. Они сидели у кровати и говорили о чем-то, ожидая ее пробуждения. Нежась от счастья, Иона потянулась к ним:
— Мои любимые…
Они ответили чуточку прохладно:
— Доброго утра.
— Придвиньтесь ко мне, дайте вас обнять…
— Сестра, извини, мы пришли поговорить о серьезном. Вот, выпей кофе и проснись скорее.
Она удивилась:
— Что может быть серьезнее любви? Я проснулась и вижу вас живыми — это главное.
— Ты смущаешь леди Минерву, а меня — пугаешь.
Внезапно она поняла: тьма сожри, я, наверное, проспала сутки! А Предмет, а госпиталь?! Там же остались раненые, как я смею спать!
— Эрвин, ты прав! Я идиотка, просто преступница! Нужно срочно в лазарет!
Рванулась встать, брат удержал ее:
— Сиди. Лекарь доложил: в лазарете ситуация стабильна.
— Это в замке, а в городе еще четыре больницы! Я должна…
— Тьма, ты должна выпить кофе и выслушать! Мы тревожимся за тебя.
— Да, миледи, — подтвердила Минерва.
Ионе сделалось холодно.
— Что же со мной не так?
— Твоя жертвенность.
Она ощутила себя так, будто оказалась голая посреди площади. Попыталась спрятаться:
— Ты о чем, братец?
— Обо всем! «Бежать, срочно, бежать спасать» — будто мир без тебя рухнет. «Любимые мои» — таким тоном, будто видишь в последний раз. Вчерашние слова о самоубийстве нам тоже не подняли настроения.
— Вот именно, — вставила Минерва.
Иона скрипнула зубами: спелись против меня! А брат безжалостно продолжил:
— Ты постоянно любуешься своею трагедией. То «я теперь собачка», то «перья не нужны, я буду несчастной», то твоя кровь в стакане, то лезешь в бой, когда не просят.
Она чуть не закричала от обиды.
— Это же несправедливо! Жизнь очень жестока, лишь потому мне приходится.
— Сестра, очнись! Мы — Ориджины!
Владычица кашлянула, и Эрвин исправился:
— Мы Ориджины и леди Стагфорт. Хм, пафосное звучание утрачено, но так и быть. Смерть дышит нам в спину — обычное дело! Лично я привык и начал наслаждаться.
— Я тоже, — поддакнула Минерва.
— Вас не запирали в собачью клетку!
— Ах, ради богов! Если хочешь помериться трагедиями, то ладно, ты выиграла. Хватит уже!
Сгорая от стыда, Иона отвернулась от них и уставилась в потолок.
Минерва сказала:
