— Обратите внимание, здесь точно соблюден масштаб, щупальце гуркена показано в сравнении с нашей шхуной. А эти бескрылые птицы летают при помощи искровой силы, что леди София показала символом искры. Здесь вы видите черного поганца — это хищник, растворенный в воде, как морская соль. А здесь — вовсе не скала, но живое существо, принявшее ее вид. На следующем листе оно же преобразилось в точную копию «Морской стрелы» вместе со всею командой…
Эрвин спросил:
— Откуда взялся весь этот зверинец?
— Вернее спросить — куда он делся. Об этом и будет мой рассказ.
Иона и Минерва с трудом оторвались от альбома, чтобы посмотреть на леди Мирей.
— Во времена Праматерей природа Полариса была ужасна. Чудовища, подобные изображенным, населяли все моря и земли. Хищники убивали не только клыками, но и искровыми ударами. Насекомые усыпляли людей, чтобы превратить в запас пищи для своих личинок. Повсюду росли жуткие цветы и травы, которые отравляли одним своим запахом. Споры грибов внедрялись людям под кожу. Во многих местах даже грунт был ядовит, о земледелии не могло идти и речи.
Минерва слушала с жадным интересом, а Эрвин с отвращением кривил губы.
— Как же тогда люди выживали?
— Словно черви. Прятались в норах от зверей и птиц, питались корешками немногих съедобных растений, пили воду, процеженную сквозь песок. Лично я назвала бы это не жизнью, а болезненным существованием. Потому Прародители и совершили свой первый и самый великий подвиг. Они взрастили Первое Древо.
София потянулась к альбому и раскрыла перед сыном последний лист.
— Я изобразила так, как поняла…
Ее голос дрогнул. Даже посредственный рисунок сполна выдавал величие Древа. На альбомном листе разместился весь континент Поларис. Три исполинских корня впивались в него на севере, юге и западе. Над корнями вставал дымчатый туманный ствол диаметром в небольшое графство. Он держал на себе исполинскую крону, которая накрывала тенью и материк, и ближайшие моря.
— Потрясающе!.. — выдохнула Иона.
— Это метафора?.. — спросил Эрвин с явною тревогой.
— Почти нет, милорд. Мы не знаем в точности, какой вид имело Первое Древо. Но доподлинно известно, что оно имело три корня. Чтобы каждый корень принялся, нужен был огромный пресный водоем. Один из них Праматери посадили в Бездонной Пропасти, другой — в западной части Дымной Дали, у берегов графства Холливел, а третий…
Иона вздрогнула от догадки:
— Здесь?! В озере Первой Зимы?!
Эрвин хмыкнул:
— Наше озеро не очень-то большое.
— Во год Сошествия оно занимало всю долину, это можно понять по форме и фактуре скал. Корень выпил воду, отчего озеро уменьшилось в размерах… Из трех корней поднялся ствол. Как и показала на рисунке леди София, он был не тверд, а состоял из пыли, тумана и газа. Над стволом развернулась крона, которая отбросила на землю тень.
— И наступила холодная тьма, — вставил Эрвин.
Иона ущипнула его:
— Не перебивай!
— Ваш брат совершенно прав: плотность кроны была столь велика, что первый год на континенте царила почти непрерывная ночь. Лишь летом, около полудня яркости солнца хватало, чтобы пробиться сквозь нее. Однако затем крона стала редеть и опадать на землю благотворным дождем. Мы не знаем, чем был этот дождь — ливнем или моросью, листопадом или семенами, наподобие тополиных. Но там, куда он упал, природа преобразилась. Самые жуткие из тварей вымерли, ядовитые растения уступили место съедобным, расплодились полезные животные и щедро удобрили грунт, сделав его пригодным для земледелия. Морские чудовища ушли в дальние моря, а прибрежные воды запестрели косяками рыбы. Люди выползли из нор и вздохнули свободно, и зажили полноценно: стали возделывать поля, строить города, приручать животных, производить одежду и инструменты. Отныне им было нечего бояться, кроме конфликтов между собой да немногих оставшихся болезней. Мир вынырнул из идовой тьмы и стал таким, каким вы его знаете. А остатки былой фауны сохранились лишь там, куда не упала тень Первого Древа: в неизведанных океанских водах, на дальних островах и на окраинах империи — в Дарквотере и Запределье.
Мирей глубоко затянулась, давая слушателям передышку. Эрвин, Иона и Минерва обменялись такими взглядами, будто без слов совещались меж собою. Иона кивнула с глубокой убежденностью и погладила живительную крону Древа. Владычица повела бровью, но в глазах ее горел интерес. Лишь Эрвин скептически кривил губы.
София сказала:
— Сыночек, я видела их всех сама. И видела деревья под водой, которые отделяют живые воды от мертвых. Посмотри — на предпоследней странице…
Судья положил ей руку на плечо:
— София, дай сыну посомневаться. Ему нужно проверить новое знание на прочность.
— Благодарю, милорд, — сказал Эрвин, — именно это и хотел сделать. Леди Мирей, не примите за оскорбление, но я пока не убежден. Как Праматери смогли вырастить Древо? Даже самые могучие Предметы — Абсолют и деконструктор — не делают ничего подобного.
