Шейланд пошел на компромисс: урезал пайки наполовину. Кроме того, велел забить старых и слабых лошадей, а также лишить питания тяжелых раненых. Таким образом, пищи должно было хватить на две с лишком недели.
Затем на птичьих крыльях прилетела еще одна скверная весть: Галлард Альмера наголову разбит Эрвином и заперт во Флиссе. Армия Надежды, встав на сторону северян, осадила Флисс. Положение приарха безнадежно.
Спустя неделю Пауль сообщил, что достиг Рей-Роя и подчинил себе орду. За этим радостным известием следовало дурное: он приведет шаванов в Уэймар только через месяц. Граф сорвался и заорал:
— Ты нужен мне здесь через семь дней!!!
Пауль ответил с ледяным спокойствием:
— Месяц, граф. Держись как можешь.
Ежедневно Шейланд кормил войско сухарями и лошадиными костями — а также обещаниями, что орда вот-вот придет на помощь. Граф не считал зазорной ложь во имя благого дела, но столь вопиющий обман даже ему давался с трудом. Пауль только покинул Рей-Рой, раньше августа он никак не доберется в Уэймар.
Нужно выстоять целый месяц. Сгнивая заживо, жуя подметки, слизывая росу с камней.
Когда Джоакин и Мартин вышли от графа, на душе у обоих скребли кошки. Хотелось как-нибудь развлечься, развеять тяжкие мысли. Лорд Мартин зашагал к замковому колодцу. Его берегли как святая святых, восемь надежных воинов неусыпно стояли на страже.
— Дай-ка водички напиться! — потребовал Мартин у командира вахты.
— Милорд, вы же знаете, нельзя.
То была истинная правда: на рассвете колодец вычерпывали досуха и под бдительным надзором распределяли улов. Днем и ночью, аж до следующего утра, никому не позволялось набирать воду.
— Ах, паскуда! — накинулся Мартин на офицера. — Ты хоть знаешь, кто перед тобой?!
— Да, милорд. Вам тоже нельзя, граф запретил. Там и воды-то нет, еще не набралась…
Мартин выхватил кинжал:
— А я тебе сейчас кишки выпущу. Как тогда, не появится водичка?
Командир побледнел, ведь с Мартина станется исполнить угрозу.
— Ну прошу вас, граф же не велел…
— Граф, говоришь?! А я тебе что, не лорд?
Джоакин взял Мартина за плечо:
— Будет вам, оно того не стоит.
Младший Шейланд натужно заржал:
— Гы-гы-гы, да пошутил я! Видал, как он обмочился?
Но едва отошли от колодца, как Мартин снова скис.
— Дерьмово на душе, да?
— Ага, — согласился Джо.
Прошагали вместе по двору. Все, что попадалось на глаза, ничуть не улучшало настроения. У голубятни торчала усиленная стража, чтобы голодные не пожрали птиц. Вдоль стены длинной шеренгой блестели росоловки — листы железа и стекла, на которых к утру осядет влага. Солдаты ночного караула норовят тайком лизать их, а солдаты дневной вахты царапают росоловки кинжалами, чтобы ночные подрали себе языки. Вдоль казармы трепыхалась на ветру гирлянда белья. Уже неделю никто и не думал стирать, вода шла только на питье и кашу. Солдаты вывешивали грязное белье, чтобы хоть немного выветрилось. Оно распространяло вонь по всему двору.
Мартин нашел кучку лошадиного навоза, прицелился, пнул так, чтоб полетело на бельевую веревку. Не попал.
— Везет тебе, Джоакин. Вечерком поимеешь свою мумию, развлечешься. А мне что?
— Тоже найдите кого-нибудь. Есть же всякие…
— Кого найти, ну? Служанку? Они все шлюхи, а я чистую хочу. Невинную, понимаешь? Чтобы с душой.
Джоакин вздохнул. От невинной девушки с душой он и сам бы не отказался, но где такую возьмешь в осажденной-то крепости?
— Уговорите брата, милорд. Сделаем наш план, прогоним когтей — тогда и барышни будут.
Мартин вздохнул еще печальней, чем путевец.
— Ты ж видел, какой теперь Вит. Уговоришь его, ага.
— Угу…
У каждого из двух приятелей имелся свой план спасения Уэймара.
План Джоакина заключался в том, чтобы безлунной ночью скинуть со стен веревки и спуститься в город малым отрядом. Дюжина храбрецов с Перстами Вильгельма, переодетая в кайровские плащи, сможет тайно добраться почти до самого штаба Десмонда Ориджина. В последний момент лазутчики выхватят Персты и перебьют вражеских офицеров. А чтобы окаянный Десмонд никак не спасся, нужно применить главное оружие — Меч богов. Отправить в бездну и штаб, и весь офицерский квартал! После такого удара северяне либо отступят, либо, паче чаяния, признают-таки Рихарда своим сеньором. А спастись лазутчики смогут при помощи канализации: нырнут в сточный туннель — и вылезут аж за городом. Главным героем вылазки Джоакин видел себя, а на роль напарника прочил лорда Мартина.
Граф Виттор отвечал, что северяне ждут подобной выходки и захватят в плен весь отряд, и получат ценных заложников с Перстами Вильгельма в придачу. Зато он, граф Виттор, избавится от двух безмозглых идиотов, и, вполне возможно, эта радость стоит такой цены.
