— Нельзя ли моему лорду-мужу узнать заранее, Избранный ли он? Чтобы в день испытания иметь уже твердую уверенность.
Пауль удивился:
— В чем же тогда смысл испытания?!
— По вашим словам, Избранный должен будет умереть, а затем воскреснуть. Нужна огромная смелость, чтобы взглянуть в лицо погибели. Ее-то и проявит мой супруг. Но если Избранный — не он, то в ходе испытания он погибнет безвозвратно. А какой в этом смысл? И стоит ли вам, Праотец, без толку терять ценного союзника?
Тогда Аланис перестала себя сдерживать — с громким смехом захлопала в ладоши:
— Браво, дядя, браво! Гениальная задумка: узнать исход испытания до его начала! Вот бы греям так можно было, и студентам университета! А чтобы не позориться самому, вложили идею в уста Лауры. Ей-то простительно, она мелкая глупышка…
— Не смей дерзить в присутствие Праотца! — Взревел Галлард.
Аланис было не остановить:
— А может, это я — Избранный? Не думали о таком? Я шла с Паулем через пустыню, пока вы получали трепку от Эрвина. Я помогла Паулю добыть Предмет — видимо, тот самый, что нужен для испытания. И, тьма сожри, в моем мизинце больше отваги, чем у вас с Шейландом вместе взятых!
Галларда с Лаурой буквально перекосило. Они долго тщились привести лица в порядок. Наконец, Галлард произнес:
— Праотец Пауль, будьте осторожны: вы пригрели змею на груди.
— Красивую змею, — сказал Пауль с гордостью и погладил волосы Аланис. Затем хлопнул ее по спине: — Молодец, показала себя. А теперь — ступай.
— Что?..
— Нам нужно поговорить. Ты мешаешь. Поди вон.
Аланис вышла под торжествующим взглядом Лауры.
Задолго до того, как флот подошел к Уэймару, Пауль принял меры предосторожности. Он выдвинул вперед остального флота разведывательные суда с парусами сизого цвета, почти незаметные издали. Самые зоркие матросы дежурили в «вороньих гнездах» с подзорными трубами. Пауль хотел заметить корабли северян до того, как сам будет замечен ими.
Но Десмонд Ориджин не давал о себе знать. От горизонта до горизонта лежала чистая озерная гладь без единого суденышка. Только чайки парили в небе, выдавая близость побережья. Пауля волновало это. Десмонд имел в Уэймаре три батальона, еще три под началом Стэтхема были на подходе. Если северяне успеют собраться, то почти сравняются числом с армией Пауля. А если затаятся и нападут неожиданно, в момент высадки шаванов на берег… Дети Степи непривычны к кораблям, высадка пойдет неловко и трудно, войско будет крайне уязвимым в этот час.
Наблюдая тревогу Пауля, Аланис злорадствовала.
— Питаете неуверенность, Праотец? Отчего же?
Он позвал ее в каюту, запер дверь.
— Скажи: чего нам ждать?
— Почему же вы спрашиваете меня? Вам помогает святой мудрец, глава Праотеческой Церкви. Не лучше ли призвать его в советники?
— Не ерничай, — огрызнулся Пауль. — Сама знаешь: Ориджин трижды разбил святошу. Мне не нужен совет, как проиграть в четвертый раз.
— Змея, поди прочь, — мстительно бросила Аланис.
Пауль смерил ее взглядом, выбирая подходящий кнут. И применил похвалу:
— Да, ты лучше его. И, пожалуй, лучше Кукловода. А вот лучше ли Ориджина — не знаю.
Аланис ощутила стыд — от того, что лесть мерзавца была приятна ей. Пряча неловкость, она ответила:
— Здесь не младший Ориджин, а старший. С ним не тягаться ни мне, ни тебе.
— Он готовит ловушку. В чем она состоит?
— Не могу знать.
Пауль поморщил губу:
— Мы оба понимаем: корабли — легкая мишень для Перстов. Если Ориджин знает о нас, то примет бой на суше. Либо ударит при высадке, либо впустит на узкие улицы города — а там нападет из засады. Есть один способ выкурить его: еще с борта открыть огонь. Сжечь все дома в портовом районе и выйти на пепелище.
Пауль прервался, когда замерцал Предмет на его руке — Голос Бога. Это означало: Кукловод хочет говорить. Но Пауль проигнорировал его.
— Вот в чем дело, Аланис: я не хочу просто выкурить волка. Отступив из Уэймара, он уйдет в нортвудские леса. Плохое место для Перстов и всадников, мы станем уязвимы. Но сейчас Ориджин в западне. Он осаждает графский замок — но и сам как будто в осаде. Волчье войско стоит в городе, окруженном стеной. Если нападем внезапно и отрежем пути, мы сможем перебить всех до единого. Ни один кайр не выйдет отсюда живым. Вот и скажи мне, как это сделать?
Это последнее, что я тебе скажу, — подумала Аланис.
— До Уэймара полдня пути. Стоило построить планы раньше, не так ли, командир?
Голос Бога снова замерцал. Пауль глядел поверх него на Аланис — и ухмылялся:
— Я-то все продумал. Тебя проверял.
Затем он ответил Предмету:
— На связи.
— Дай сюда!.. — странно буркнул Предмет. Затем раздался звук шагов, скрип двери и голос: — Куда ты пропал?! Почему не отвечаешь?
Аланис напряглась. То был голос Кукловода — главного врага, убийцы ее родных. Человека, ради которого она пустилась в путь.
— Я был занят красивой женщиной. Не хотел отвлекаться.
— Забудь развлечения! Мы в беде!
— А я — нет.
Злоба в голосе Шейланда смешивалась со страхом:
— Кайры сделали подкоп и отравили колодец. Мы остались без воды. Через три дня нам конец!
— Соболезную.
— Сожри тебя тьма! Где ты?! Скоро ли будешь?!
