Дитрэ снисходительно улыбнулся. Костлявая, унизанная перстнями рука легла на рукоятку спрятанного в складках мантии метательного кинжала, которым он с закрытыми глазами попадал в летящую муху… и дрогнула от неожиданности. Шеи коснулось нечто очень острое. По желтой сморщенной коже стекла алая струйка крови.
— Отдай ему карту, старый сморчок. — Тихо попросил низкий женский голос, от которого у матерого головореза по спине пробежал холодок. — Быстро.
Словно зачарованный, Эру Дитрэ выдвинул ящик стола и протянул незнакомке потертый кожаный футляр.
— Хорошо. А теперь доставай «Строение Мира» Евдокса Книдского.
Евдокс! Жемчужина его коллекции! Эн возмущенно раздул ноздри, испытывая страстное желание оглянуться и посмотреть в глаза этой мерзавке, но его сдерживал вошедший под кожу клинок. Лезвие продвинулось еще, спровоцировав острый приступ боли и щедрости.
— Угловой шкаф, нижний ящик. — Прохрипел старик. — Два раза нажать черный квадрат, три раза коричневый, белый повернуть противосолонь на четыре пальца.
— Что застыл, открывай. — Приказала незнакомка, обращаясь к мальчишке, глядевшему на нее совиными глазами. Тот кивнул и бросился выполнять, на удивление ловко справившись с хитрым замком. Сердце коллекционера чуть не разорвалось от горя, когда чужие грязные руки коснулись его бесценного собрания. Такого договора не было! Нет, великая Инанна, носительница священного венца Эдена, не может допустить такой несправедливости! Словно в ответ на его мольбы из коридора послышался топот спешащих на выручку стражников. Гулко завыл тревожный рог.
Нож нервно дернулся, причинив новую боль, но на этот раз Эру Дитрэ не обратил на нее внимания. Теперь эти подлые грабители, никуда не уйдут. Все входы и выходы будут немедленно опечатаны и перекрыты. Окон в храме нет. Ловушка захлопнулась. Мерзкие песчаные крысы, осмелившиеся пойти против священных воровских законов, заплатят ему за каждый геш пережитого унижения. Старик торжествующе улыбнулся. Да так, улыбаясь, и повалился ничком на все еще мягкую глиняную табличку, оглушенный резким ударом.
Вихрастый паренек застыл, переводя несчастный взгляд с самострела в одной руке на стопку табличек в другой, весьма похоже изображая известную скульптуру напротив здания третейского суда «разбойник Иона раскаивается и ступает на путь мудрости».
— Не стой, как истукан. — Рявкнула я, одним прыжком оказываясь рядом и выхватывая рукопись. Паренек вздрогнул. Тренькнул самострел. Стрела с хрустом вошла в стойку дверной коробки, прямо над макушкой сунувшегося было в комнату стражника. Истолковав сею случайность, как ожесточенное сопротивление, охрана затаилась снаружи, экстренно разрабатывая план дальнейших действий.
— Еще один шаг, и дедуле конец! — На всякий случай пригрозила я, чтобы выиграть время.
Дело принимало неприятный оборот. Теперь так просто не ускользнуть. Через пару гешей сюда сгонят всех наличествующих боевых жрецов-магов, они в два счета пробьют мое истончившееся защитное заклинание, и уж тогда мне точно не поздоровится. Конечно, можно попробовать прорваться боем… но ввязываться в потасовку со всей храмовой братией? Я критически осмотрела помещение, надеясь отыскать какой-нибудь путь к спасению. Взгляд уперся в жалобные щенячьи глаза топтавшегося за плечом стрелка.
— Видят боги, юноша, ты выбрал слишком изощренный способ самоубийства.
— У меня был тщательно разработанный план. — Насупился мальчишка. — Я оставил в очереди вместо себя фантом, а сам переместился с помощью волшебного медальона. Второй медальон перенесет меня в город к Горелым Кварталам.
Он стащил с шеи серебряную пятиугольную звезду на толстой цепочке. Я удивленно присвистнула, и посмотрела на паренька с уважением.
Путевая Звезда — серьезная вещь с огромным радиусом действия, заговаривается пятью магами в течение полугода, изготавливается по специальному заказу, стоит целое состояние. Потянет боевой отряд в полном снаряжении, не говоря о нас двоих. Еще не все потеряно!
— У меня дельное предложение. — Решилась я. — Ты вытаскиваешь меня отсюда. А я отдаю тебе карту.
Он недоверчиво прищурился, закусив губу. Кивнул. Завозился с медальоном.
— Что ты там копаешься?
— Не активизируется! — На глазах мальчишки выступили слезы. — Наверное, сбились значения.
— Ставь Юну на 41, а Осту на 34 с половиной. Угол… пусть будет 45 градусов. Получилось?
— Да! — Лицо с удивленно вскинутыми бровями озарилось золотистым светом. — Вы разбираетесь в магии?
— По долгу службы. — Буркнула я, покрепче сжимая его локоть. — Ладно, поехали. Только установи центральную Сифту на…
— Ты хочешь сказать Максу? — Перебил он. — Центральный знак Макса.
— А ну дай сюда! — Хриплым от страшной догадки голосом прокричала я, вырывая раскаленный искрящийся медальон. Жаркий полдень! В центре звезды действительно светился знак в виде колеса. Без особой надежды успеть, изо всех сил швырнула ее подальше, и, не слушая возмущенного тявканья трепыхающегося щенка, повалила того на пол.
