Впрочем, причины вести себя подобным образом у Коттона были. Как оказалось, именно он, уже будучи магистром, привёл Маркова в Орден. Но наиболее важным из свершений второго магистра было изобретение им личных кристаллов несколько лет назад. Только по одной этой причине Коттон пользовался в Ордене большим влиянием - а ведь за ним наверняка числилась и масса других заслуг. Но странное дело - влияние Маркова, похоже, было никак не меньшим, а отношения между магистрами, в прошлом хорошие, ныне явно оставляли желать лучшего. Пожилые волшебники обменивались едкими фразами при каждой возможности, хотя им обоим следовало отдать должное: Марков при ребятах изо всех сил старался вести себя с коллегой дружелюбно, а тот отнёсся к студентам куда лучше, чем можно было ожидать. Он похвалил каждого из студентов за ту или иную черту характера, продемонстрировав отличную осведомлённость об их приключениях. Затем поинтересовался мнением ребят об Ордене. Юные волшебники не стали увиливать от ответа и честно сказали, что не разделяют принципы, лежащие в основе секретной организации.
- Так я и думал, - Коттон улыбнулся, но как-то неестественно-равнодушно. - Хотя, полагаю, господин Марков не трудился посвящать вас в тайны нашей истории? А ведь некоторые хранящиеся здесь книги способны ответить на многие вопросы... Мисс Грейнджер, если вы пожелаете, я буду счастлив показать вам нашу штабную библиотеку с поистине уникальными литературными жемчужинами.
- Эм... - замялась Гермиона, но в её глазах зажёгся интерес. - Да, я, пожалуй, взгляну...
- Мистера Поттера же, как отличного игрока в квиддич, могут заинтересовать боевые мётлы в ангаре, как вам кажется, господин Марков? - продолжил второй магистр. - А мистер Уизли... думаю, он захочет сопровождать мисс Грейнджер на её пути к знаниям?
Рон пробормотал под нос нечто вроде ругательства в адрес вездесущих орденцев, но с ответом не торопился. Он явно растерялся, однако Гермиона решила вставшую перед другом дилемму. Она заявила, что поймёт, если тот предпочтёт старым пыльным книжкам более интересные мётлы, и таким образом предопределила выбор студента. Волшебница в сопровождении Коттона удалилась в направлении библиотеки, а Гарри и Рон уловили осуждающий взгляд, брошенный Марковым вслед коллеге. Нежелание Маркова знакомить студентов с историей Ордена в очередной раз дало ребятам повод для негласных обвинений в адрес магистра.
Когда открылась дверь в ангар, глазам ребят предстал огромный зал с очень высоким потолком. В этом зале металлическим было все, включая рифлёный для предотвращения скольжения пол. Вдоль стен стояли разнообразные шкафы с инструментами, заправочные станции с топливом, висели полки с запасными частями. Пространство посреди ангара оказалось забито всевозможными машинами. Гарри, конечно, не знал моделей маггловской техники, тем более военной, но точно был уверен - таких боевых машин нет ни у одной страны в мире. Какой-то человек в закрывающей лицо маске и со сварочным аппаратом работал над средних размеров танком. В отличие от своих собратьев, тот был не гусеничным, а обладал четырьмя «ногами» по два колеса в основании каждой. Марков провел ребят между этой машиной и небольшим вертолетом с антеннами, размещёнными по бокам кабины. Затем они обошли другой вертолет, прошли еще пару танков, похожих на первый, и, наконец, повернули к стоящему вдалеке волшебнику. Энзо Деполье невозможно было не узнать, даже в одежде военного летчика. Шлем он держал под мышкой.
- О, приветствую, магистр! - начал разговор адепт. - Гарри, Рон - привет! А где Гермиона?
- Коттон показывает ей библиотеку, - нахмурился Марков, - а Гарри и Рону метлы интереснее, чем старые книги... Причем в данном случае я их поддерживаю.
- Ну что ж... Вот это, - француз хлопнул рукой по борту стоявшей рядом машины, ответившей глухим звоном, - наша боевая метла, «Фотон-14X».
Ребята с удивлением рассмотрели указанный летательный аппарат. Уж что-что, а метлу он напоминал в последнюю очередь. Скорее уж машина походила на небольшой самолет. Спереди находилась застекленная кабина, правда, сидевшая ниже, нежели на обычных боевых истребителях, и по форме почти сливающаяся с остроконечным носом летательного аппарата. Сразу за кабиной начинались крылья, причем в данный момент они стояли вертикально, а при полете, очевидно, поворачивались в горизонтальную плоскость. На крыльях находилось несколько подвесок с ракетами, а на корпусе, прямо под кабиной, было прикреплено орудие, напоминающее пулемет. Над крыльями возвышалось хвостовое оперение, а оканчивался летательный аппарат парой турбин. В общем, почему эта штука называется метлой, было решительно непонятно.
