Зигфрид переводил взгляд со своего мага на молодую женщину. Габаритами она, конечно, уступала Феликсу, но в будущем наверняка могла побороться с ним за главенство среди самых толстых магов. Лицо дамы, однако, оказалось симпатичным, с крупным ртом и большими голубыми глазами. Зигфрид улыбнулся уголками губ и посмотрел на Феликса.
— Вы ей все рассказали?
— Вкратце, как вы и хотели, монсеньор.
— Надеюсь, сударыня не болтлива? — Зигфрид медленным шагом обошел вокруг грузной фигуры женщины.
— Советник Чичек прекрасный специалист, — ответил Феликс. — Она обо всем предупреждена. Я ручаюсь за нее.
— Хорошо, — кивнул Зигфрид, вежливо поцеловал даме руку, отметив, что она в ответ сжала его запястье, что-то пробормотав, и взглядом указал магу на дверь, зная, что толстяк будет недалеко. Потом жестом пригласил женщину присесть и сел сам.
Ее голубые глаза пристально смотрели на него. Даже слишком пристально. Зигфрид молчал, и женщина кашлянула.
— Позвольте спросить, монсеньор, вы учились в Башне?
— Что?
— Вы не были в Башне. — Глаза стали еще шире. — Но… — Она замолчала, потому что Зигфрид медленно поднялся на ноги. — Вы же младший сын, и могли бы… — Она в недоумениии повертела головой. — И неужели вы сами до сих пор ничего не почувствовали? А когда Феликс плел заклинания?..
Он подошел к ней вплотную.
— Тише, сударыня. Сейчас мы пойдем прогуляться на террасу, и вы мне все расскажете. Там шумит прибой, и кричат чайки. Мы сможем полюбоваться на закат.
Полные губы Чичек неуверенно дрогнули в понимающей улыбке.
— Тогда позвольте, я повторно возьму вас за руку, монсеньор, чтобы не было ошибки.
Одинокая свеча освещала часть стола и лица трех людей, сидящих за ним. Лица были сосредоточенны и не веселы.
— С такими правителями, как мы, государство скоро по миру пойдет.
— Прошу прощения, я не виновата, меня заставили.
— Меня тоже вообще-то.
— Дамы, перестаньте. Я делаю, что могу, и это должно вас успокоить.
Дамы воззрились на кавалера Рудольфа Риделя. Потом Ингрид перевела взгляд на Элвиру и вздохнула.
— Мы должны продержаться до приезда генералиссимуса, — сказала она.
— Продержимся, — уверенно произнес кавалер Ридель.
— И это говорит человек, который привел сестру герцога Морской Длани на убой, — рассердилась Ингрид.
— Почему сразу на убой? — деланно изумился кавалер Ридель, подаваясь вперед к Ингрид.
— А что прикажете с ней делать? Даже если она согласится помочь, то потом от нее, вероятно, придется избавиться. И как я это объясню Зигфриду Корфу, который обязательно явится если не на похороны, то на Большое дворянское собрание?
— Какая вы кровожадная, княгиня. — Кавалер Ридель пристально и задумчиво посмотрел на нее. — В любом случае, это была бы не ваша забота.
Ингрид ответила таким же пристальным, только возмущенным взглядом.
Элвира кашлянула.
— О, капитан Ротман! — тут же повернулся к ней Рудольф Ридель. — Поздравляю вас с вашим трофеем. Вся стража, несомненно, почитает вас героиней после задержания Мышелова.
— Благодарю. Это моя работа, — настороженно произнесла Элвира. Она не любила, когда над ней подшучивают, и явно не собиралась подставляться под остроумие кавалера Риделя.
— Однако имею несчастье вам сообщить, что обстоятельства заставляют просить передать мне на поруки этого гнусного негодяя.
— Так значит, слухи правдивы? Мышелов выполняет грязную работенку и для вас?
— Мне лично ничего не нужно, — вскинул руки Рудольф Ридель. — Я радею исключительно о благе государства. В чем вы можете убедиться.
— Ну да, ну да… — протянула Элвира.
— Мы не должны выпускать подонков из тюрьмы, — проговорила Ингрид. — Благо государства требует, чтобы преступник нес наказание. Иначе страна превратится в помойку, где в каждом дворе будет и свой закон, и свой повелитель.
Рудольф Ридель нахмурился. Было видно, что он с трудом старается подобрать слова для возражений.
— Вы правы, но для управления государством нужны разные инструменты. Вы же не будете использовать шпагу для того, чтобы поворошить дрова в камине? Вы воспользуетесь предназначенной для этого вещью. Мышелов и есть инструмент для таких, не самых приятных, операций. Но без них государство не очистить от заразы.
Ингрид побарабанила пальцами по столу. Ей не нравилась просьба Рудольфа Риделя, но, очевидно, у него были веские основания для нее. Он имел куда больше опыта во всех этих делах, от которых Ингрид, признаться, уже изрядно подташнивало. Ей остается или окунуться в это до самого дна, или довериться зеленоглазому кавалеру, добровольно взвалившему на свою совесть груз, с которым Ингрид не желала лишний раз соприкасаться.
— Капитан Ротман, вы получите приказ о переводе заключенного на поруки кавалеру Риделю, — приняла решение Ингрид.
Элвира раздраженно выдохнула, но промолчала. А Рудольф послал Ингрид очаровательную улыбку:
— Благодарю вас. Кстати, капитан, как поживает ваш знаменитый узник? Он нам скоро может понадобиться.
