— Тебе ответит Теплая Капля. Перед тем, как уйти… — Голос дрогнул, но тут же зазвучал с прежней спокойной силой: — Вы, разумные теплые сгустки, называете это смертью. Так вот, перед тем, как уйти, Теплая Капля оставил послание. Запись, скопированную на нескольких дисках. Вероятно, диски до вас не дошли, иначе ты не задавал бы так много вопросов. Эта запись теперь в твоем информационном модуле. Теплая Капля все объяснит тебе сам, и лучше меня. Ты — человек, и он — человек. Не так ли?
Саймон молча кивнул. Вероятно, его жесты воспринимались незримым собеседником с той же определенностью, что и слова. Здесь, в Главном Навигационном Пункте, его окружали звуко— и светочувствительные устройства, экраны, динамики, микрофоны, голопроекторы, и каждое из них — или все они вместе — могло являться датчиком, оком либо тактильным щупальцем Джинна. Частицей Джинна, обитавшей сейчас в дрернем компьютере «Скай». Но даже эта частица, одно из деревьев огромного леса, обладала способностью видеть — не так, как видит человек, но, возможно, гораздо острее и зорче. «Сядь и успокойся, Теплый Сгусток… Сядь и успокойся…» Чтобы сказать такое, нужно не только видеть, но и оценивать ситуацию.
— Будут еще вопросы? — с легким оттенком иронии поинтересовался Джинн.
— Да. Компьютер на станции «Сердоликовый Берег» управляет передатчиком…
— Я помню. Код RTR, блокировка трансгрессорной связи. Я знаю, что это такое. Кроме того, я связался с твоим информационным модулем; теперь я в курсе твоих полномочий, и мне известна твоя цель. — Секундная пауза, будто Джинн над чем-то размышлял; потом снова послышался его ровный, лишенный эмоций голос: — Нет необходимости разрушать установку на Луне; во-первых, она вмещает часть моей сущности, а во-вторых, в данный момент она — мои глаза и уши. Так что не будем увлекаться разрушением, Теплый Сгусток. Достаточно выключить блокировку.
— Ты мог бы заняться этим пораньше, — не без упрека заметил Саймон. — Земля отрезана от Разъединенных Миров три с четвертью столетия. Что же ты делал все это время?
— Мое ядро было законсервировано, и в том же состоянии пребывает сейчас. Что касается малой, но более активной части моей сущности, она… — Голос смолк, и Саймону почудилось, что невидимый собеседник роется в словаре, подбирая нужное слово. — Я дремал, если использовать привычную людям терминологию. Дремал, пока меня не разбудили.
— Разбудили? Кто?
— Ты, разумеется. — Помолчав, Джинн добавил: — Часть моей сущности — та, что в модуле «Дзета», — ждет сигнала, чтоб отключить блокировку. Я пошлю его через три часа одиннадцать минут, когда естественный спутник Земли окажется в зените. Затраты энергии будут минимальны. Источник, питающий модуль «Скай», слишком слаб, а связь с передающим устройством потеряна.
Саймон поднял глаза вверх. На командирском мониторе по-прежнему светилось:
"КОМПЛЕКС «АРГУС» В НЕРАБОЧЕМ СОСТОЯНИИ.
СВЯЗЬ С АНТЕННОЙ ОТСУТСТВУЕТ.
ПРИЧИНА — РАЗРЫВ СОЕДИНИТЕЛЬНОГО КАБЕЛЯ".
— Пусть это тебя не беспокоит, — негромко произнес Джинн. — Кабель действительно разорван, но мне не нужна антенна. Там, наверху, много металлических поверхностей с разнообразными формами, что-то наподобие большого конденсатора. Я передам сигнал прямым лучом.
«Похоже, он умеет манипулировать на расстоянии с электромагнитными, полями, — промелькнуло у Саймона в голове. — Непостижимая способность! Впрочем, как и само это создание, чей разум был лесом из миллионов стволов, где каждый ствол являлся сущностью и в то же время частью единого, необозримого и непонятного целого».
Поднявшись, он выдернул из разъема на пульте тонкий проводок, подхватил сумку с маяком и сказал:
— Я буду ждать. Когда блокировка исчезнет, я возвращусь в свой мир, но здесь появятся другие люди. Не те, что живут на Земле, а эксперты ООН, облеченные властью представлять человечество. Ты вступишь с ними в контакт?
Ритмичные прерывистые шорохи. Смех? Или смутный отзвук эфирного эха?
— Я тоже подожду. А что касается контактов… Много людей, много вопросов, много проблем. Я полагаю, одного человека достаточно. Вполне достаточно. — Пауза, негромкий мерный рокот. — Иди, Теплая Капля Ричард Саймон. Ты возвратишься в свой мир, но мы, надеюсь, не расстанемся.
Саймон шагнул к порогу, потом остановился и спросил:
— Могу я что-то сделать для тебя?
— Ты уже все сделал, — раздался ответ. — Ты разбудил меня. И я теперь не одинок.
