Разговор между военным советником и Императором состоялся сразу после разговора с посланцами Федерации и проходил в императорских покоях. Сам глава государства сидел на диване и время от времени прикладывался к чарке с вином. Анриус же стоял в напряжении. Ситуация в последнее время складывалась не в пользу Империи.
— Слышал? Они отказали продать нам образцы даже для моей личной охраны, — произнёс Император. — Хотя я предложил сумасшедшие деньги. Мне хочется узнать: что ты об этом думаешь?
— Они никогда не дадут нам оружия, даже если мы будем их ближайшими союзниками.
— Не доверяют?
— Да. Причина в этом.
Император задумался, потом сказал:
— Садись.
— Благодарю, — кивнул Анриус и сел на кресло, находившееся рядом.
— Доспехи, я так понимаю, они тоже не дадут?
— Да, мой Император.
— У тебя есть предложение?
— Увы, мы не можем никак повлиять на Федерацию.
— Да-а, в этом ты прав, — Император с досады захрустел пальцами и, немного помолчав, продолжил. — Меня интересует ещё один вопрос: почему Симирия начала готовиться к войне именно сейчас?
— Это должно было когда-нибудь случиться.
— Нет, — отрезал он. — Я думаю, прибытие послов Федерации сыграло решающую роль.
— Вы считаете, они как-то связаны с этим?
— Косвенно. Федерация изменила геополитическую расстановку сил. Совершенно естественно, что Симирия боится. Она тоже не всесильна. И там понимают, что если у нас завяжутся дружеские отношения, что они останутся в меньшинстве. Поэтому им приходится форсировать события.
«Их глаза зорки, а наши слепы», — думал Император. — «Как же мало информации!»
— Но могут пострадать и посланцы, — заговорил Анриус. — Они же начинают войну, не мы. Тогда это отрицательно скажется на их отношении с Федерацией.
Император кивнул, но добавил:
— Да, в этом положительный аспект ситуации, но это только в том случае, если Андрей сказал нам правду.
— Что вы хотите сказать? То есть у них уже есть отношения, и складываются они… точнее не складываются.
— Да. Именно поэтому они так лояльно относятся к нам. Им нужно здесь закрепиться. Найти друга. Иначе будет гораздо сложнее выстраивать отношения. Дело не в их пацифизме.
— Но они не могут не понимать, что это провоцирует Симирию.
— В таком случае они ответят, что мы лишь устанавливаем дипломатические отношения. Только и всего.
— Но зачем им говорить неправду, Мой Император?
— Они не хотят афишировать свою связь с Симирией. Сбивают нас с толку. Они не совсем искренны с нами.
— Лично мне они сразу не понравились, — поддержал Анриус.
— Возможно, а их открытость — притворство, попытка запудрить мозги, — добавил Император и отпил немного вина..
— И что мы будем делать? Усилить наблюдение?
— Да, но это вряд ли что-нибудь даст. Ты мне говорил, что они общаются на своём языке.
— Да, а со слугами сразу же переходят на имперский.
— Интересно, где они узнали наш язык. Когда успели его выучить? — Император снова отпил немного вина и посмотрел на Анриуса, ожидая ответ.
— Вы видели, что было на стадионе. Их возможности довольно велики. Возможно, они сначала учили язык, а уж потом…
— И кто же их тайный учитель?
— Это мог быть кто угодно: крестьянин, знатный человек, любой подданный Империи. Очевидно, их агенты уже давно среди нас, Мой Император.
— Не вяжется, — подумав, сказал Мариус и поставил позолоченную чарку на стол. — Если бы кто-нибудь их учил, неужели бы он не сказал, где находятся представители власти? Они бы имели возможность сразу связаться.
— Но тогда получается, что они и не планировали вступать в контакт с нами! — воскликнул генерал и нервно заёрзал на кресле. — Они хотели забрать девчонку и уйти. Это был их провал, а не успех. Нам повезло, что они не учли нашего присутствия на арене.
— Нелогично. Зачем проводить операцию в столь людном месте? Можно было освободить её без шуму. Нет, они специально провели эту операцию у нас перед носом. Это была демонстрация силы, либо… у них не было выбора. В любом случае мотивы нам неизвестны.
Нависло молчание, оба хорошо понимали, что это значит. Федерация вовсе не то пацифистское государство, за которое выдаёт себя. Тогда вся эта дипломатия — ширма.
— Если Мой Император прикажет, я…
— Нет, мы всё оставим как есть, — перебил его владыка.
— Но, Мой Повелитель, враги здесь, в Резиденции.
— Будем ждать. Усилим охрану в четыре раза, заменить слуг солдатами. Вооружить. Если «посланцы» спросят, почему так много солдат, ответим, что это ради их безопасности, — он улыбнулся, потом спросил: — Как там девчонка?
— Знахарь сказал, что она лежит без сознания. Он не знает, что с ней.
— А я думал, что он компетентен.
— Он говорит, что никто и никогда не встречался с такими странными проявлениями. И, учитывая, что произошло на стадионе, я ему верю.
— Мы можем воспользоваться этим, — твёрдо заявил Император. — Совершенно очевидно, что они останутся здесь до того, пока она в таком состоянии. Андрей сказал мне, что она — ученый, а, следовательно, она знает, как делается оружие.
— Верится с трудом. Женщина — учёный, — военный советник улыбнулся. Действительно, звучало как анекдот. — Они пытаются нас обмануть и здесь.
