Вообще-то, испытание с паутиной было одним из самых нудных. Ловчую сеть паучок плёл на удивление быстро. Но вот его подготовка к плетению занимала чудовищно длительное время. Он переползал с места на место, подолгу сидел в разных точках и под разными углами, приноравливался, присматривался, выбирал удобные участки. И не факт, что начинал работу в том месте, в котором требовалось. Поэтому его подготовительная возня изматывала гораздо сильнее, чем всё остальное. У меня даже гадливость успевала смениться любопытством, когда я пытался понять, что творится в его крошечной головёшке. Ведь он о чём-то думает, прикидывает, просчитывает. Совсем как архитектор перед закладкой нового здания. И в мою задачу входило убедить его, что моя голова — самое надёжное место для закрепления главных, несущих нитей. Если бы он в этом усомнился, то уполз бы плести паутину в другое место, и всё моё потерянное время ушло бы коту под хвост. А вот когда начиналась работа над кружевом, тут уже я засматривался. Такому грамотному и быстрому труду можно лишь позавидовать. Как без специальных приспособлений пауку удаётся столь точная геометрия — вообще вопрос, находящийся за пределами моего понимания. Ну да ладно. Что я всё об этих пауках? Важно, что испытание я прошёл, и сейчас собирался немного полежать, чтобы дать отдохнуть своей несчастной спине. Не получилось.
— Райли? — послышался удивлённый голос Тины.
Я даже онемел от неожиданности. Имя прозвучало для меня как удар молнии. И, что самое главное, я не знал, как себя вести в данной ситуации.
Райли показалась в проломе ограждения. В её покрытых синими гематомами руках были две канистры, которые она поставила на землю, как только оказалась на территории двора. И дальше пошла уже налегке, знакомой, пружинящей походкой. В её виде не улавливалось ничего угрожающего. Лишь какая-то туманная задумчивость. Вместо привычных хвостиков она заплела пару косичек. В остальном же, её имидж поменялся не особо. Если не считать новых полосатых чулок, добавившихся к традиционной короткой юбке, ботинкам и камуфлированной безрукавке. Откуда она их выкопала?
— Привет, — на ходу снимая свои солнцезащитные очки, поздоровалась она.
— При-ивет, — с трудом выдавил из себя я.
— Здравствуй. Рада тебя видеть, — приветливо заулыбалась Тинка.
Райли подошла к ней, и они по-дружески обнялись. Обнимающиеся изгнанники — это нечто. У меня аж челюсть отвалилась. С каких это пор Тина и Райли так панибратствуют? Только потом дошло, что всё это была демонстрация. Райли нарочно либеральничала с Тиной, чтобы зацепить меня. Чтобы я почувствовал её равнодушие к своей персоне. Надо сказать, ей это удалось. Вместо объятий, она просто взглянула в мою сторону, и очень сдержанно кивнула. Это меня кольнуло, конечно, но уж лучше такая реакция, нежели полное игнорирование, или же вообще презрение.
— Как тут у вас, дела? — она рассеянно осмотрелась по сторонам.
— Хорошо, — ответила Тинка. — А у тебя?
— Да как сказать?
— Ничего не надо говорить. Было бы хорошо, ты бы ко мне не пришла. Предлагаю закончить с формальностями, и перейти к делу. Чем могу быть полезна?
— Ты это… — она наигранно зевнула. — За водой пойдёшь?
— В принципе, у меня ещё есть. Но за компанию можно набрать дополнительно. Не помешает.
— Тогда тащи ёмкость, и пойдём.
— Хм-м, — Тина не торопилась идти за ёмкостью, выжидающе поглядывая на Райли снизу вверх. — Дела совсем плохи, угадала?
— Угадала, — отвернувшись, сквозь зубы процедила та.
— Кто?
С горькой усмешкой, охотница вынула из рюкзака какой-то продолговатый предмет, и бросила к ногам девочки.
— Экрофлониксы, — кивнула та, узнав его. — Охренеть — не встать.
Подобные выражения от Тинки я ещё никогда не слышал. Значит дела у нас действительно были хреновые. Я подошёл к изгнанницам, и рассмотрел принесённый Райли предмет. Это была узкая длинная челюсть, как у гавиала, со множеством маленьких, но невероятно острых зубов, расположенных в два ряда. Экрофлониксы мне ещё ни разу не попадались, поэтому, прикинув габариты твари, которой эта челюсть принадлежала, я не был сильно впечатлён. Ведь я же не мог себе даже представить, что у них таких челюстей по пять штук!
— Я надеялась, что они ушли на восьмой квадрат.
— Я тоже. Но, как видишь, никуда они не ушли.
— Странно. Не видела там никаких следов.
— Ты когда в последний раз к роднику ходила?
— Два дня назад.
— А они пришли позавчера ночью. Я установила несколько ловушек. Вот этот, — Райли пошевелила ботинком отрезанную челюсть. — Попался прошлой ночью. Остальные ловушки пусты.
— Экрофлониксы очень умны. Удивляюсь, как и один-то попался.
— Теперь их будет всё больше и больше. Так ты идёшь со мной?
— Иду, — Тина пошла за канистрой.
— А ты чего стоишь? — Райли перевела взгляд на меня.
— А? — 'очнулся' я.
— Собирайся. Или прижился?
— Да-да… Мне только блокнотик забрать, — и я припустил за Тинкой.
